Витязь 2

У неё хватает сторонников, который непременно вступятся за честь княжны невзирая на её неправоту. Это вообще не имеет значения. Главное готовность поставить свою жизнь на алтарь служения сюзерену, что непременно скажется в будущем. А как я уже говорил, местные дворяне в подавляющем своём большинстве далеко не трусы. Без понятия, как там обернётся через сотню лет, но сегодня они именно воины.

— Сударыни, благодарю вас за то, что откликнулись на моё приглашение. Более не смею вас задерживать. — Обозначила поклон Ольга и удалилась за ширму.

Посетительницам оставалось ответить тем же и направиться на выход. Я же остался, присев на стул у стены, ожидая когда супруга приведёт себя в порядок.

— Оставлю вас. — Произнёс лекарь и покинул кабинет вслед за студентками.

— Полагаете, что этого будет достаточно для того, чтобы слухи прекратились? — спросила Ольга из-за ширмы.

— Более чем. Когда отсутствует предмет, то и говорить не о чем. Вам помочь с корсетом?

— С чего бы вам мне помогать? Сидите на месте, я и сама управлюсь. — С язвинкой ответила она.

— Как скажете. — Легко согласился я.

— Слухи относительно принадлежности ребёнка конечно же прекратятся. Но злословия по поводу моей ветрености и быстрой смены приоритетов никуда не денутся.

— Тут придётся поучить нахалов. Но тех, кого это занимает не так много. Главное, что мы подсыпали перца двум старым интриганам. А то, я гляжу им жизнь мёдом кажется.

— Не в том видите главную проблему, Никита Григорьевич. — Шурша одеждой, возразила Ольга.

— И что же у нас теперь стоит на первом месте?

— Не у нас, а у вас. Разрушив интригу с ребёнком, вы подставили себя под удар. Коль скоро старый Каменецкий желал вашей смерти, то не трогал он вас лишь из-за возможности нанести удар по Зарецким. Теперь же вы для него бесполезны, и он может вернуться к прежнему плану по вашему устранению.

— Ну, рано или поздно это всё равно случилось бы. Так что, по большому счёту для меня ничего не изменилось.

— Я это к тому, что сейчас уже неразумно отказываться от охраны.

— Полагаю, что с моей способностью в одиночку я в куда большей безопасности, чем при наличии телохранителей.

— Не будьте столь самоуверенным. — Выходя из-за ширмы и застёгивая верхнюю пуговицу жакета, возразила она. — Полагаю, что в окружении Каменецкого не глупцы, а потому о вашей способности им уже известно и они вполне способны её компенсировать.

— Возможно вы и правы.

— Я права, Никита Григорьевич. На территории университета на вас не нападут, если только честный вызов на поединок. Но за пределами, возможно всё, что угодно. Поэтому я хотела бы посоветовать вам всё же озаботиться охраной.

— А о себе подумать не желаете?

— Я в меньшей опасности. Или даже скорее в безопасности.

— Всё просто.