Владыка Нового Мира 2

Одно дело уговаривать зажиточного мещанина вернуться на родные болота во имя национальной идеи, – которая со мною во главе может показаться не очень-то национальной; да и не является таковой. И совершенно другое дело вызволить, а затем пригласить в клан рабов. Думаю, такому противиться никто не станет.

– И что же они делают? Ну… я имею ввиду городские гоблины?

Шампурелла чуть помолчала. Поняла, что такой ответ меня не устраивает и затараторила:

– Частично заняты на стройке, частично как я с шампурами на производстве, а частично замещают городских коммунальщиков, которые вступили в гвардию наместника для борьбы с Младшими…

– Говоря про «коммунальщиков», мы имеем ввиду уборку улиц? – уточнил я. – Или?

– Или, – кивнула Шампурелла. – Сантехники, ремонтники, повара…

Тут я чуть было не ляпнул «прекрасно».

– … а в домашнюю прислугу… ну… ту, что на виду. Туда нас не берут по понятным причинам. Аристократы гоблина и на порог не пустят.

– Допустим. Последний вопрос: тебе-то как вообще удалось сбежать?

– Убила, – без лишних раздумий ляпнула Шампурелла и опустила глаза в пол.

– Ясно-понятно, – я побарабанил пальцами по подлокотнику трона.

Ну… я для себя уже всё решил.

– Значит, мы собираемся увести ценный актив у господина Бахметьева?

– А мы собираемся?! – Шамурская аж с лавки вскочила. – Правда?! Вы готовы на это пойти, Владыка?

– Попытаться определённо стоит, – ответил я. – И задание тебе до отъезда составить хотя бы примерный план того, как это можно провернуть.

И стоило мне закончить, как в избу без стука ворвался Жабыч.

– Едут, Владыка! Едут!

Жабыч с парочкой самых крепких гоблинов ещё утром повалили на Трассу дерево. Да-да. Внешне всё выглядело именно как тогда, во время засады на пути в Рубежный. И глупо было бы ожидать, что молодой Голубицкий решится прыгнуть на эти грабли второй раз.

И потому-то мой выход из леса стал отдельным приключением.

Сперва я кричал из кустов о том-де, что я это я, а новая и явно что усиленная охрана Голубицкого херачила по мне из всех стволов. Пули, магические спеллы, и даже несколько гранат. Пару раз меня даже зацепило. Благо, что никто этого не видел и мне не пришлось до кучи объяснять ещё и то, откуда у анималиста взялись такие мощные магические щиты.

Но время шло, боеприпасы кончались, и за отрицанием пришёл гнев. Голубицкий расслышал мой голос. Голубицкий понял, кто я такой, но всё равно чувствовал подставу, – а может быть даже начал подозревать меня в убийстве отца. Но как бы там ни было, Удальцов с Батяней легли мордой на асфальт в качестве моих подельников.

Начался торг. О чём торговались? О том, на каких условиях мне будет дозволительно выйти на Трассу. Спойлер: без резких движений и с поднятыми кверху руками.

– Андрей Семёнович, смотрите! – кричал я.