Властелин колец

Фродо снова улегся, но еще долго видел сквозь полуприкрытые веки всполохи света и на их фоне — высокую напряженную фигуру Колоброда. Только под утро Фродо забылся беспокойным сном.

В начале пятого дня пути болота и камышовые заросли остались позади. Начался подъем. Далеко на востоке наметилась череда холмов. Один из них, крайний справа, был повыше и стоил особняком. Он отличался правильной закругленной конической вершиной.

Заветерь, — показывая на него, сказал Колоброд. — Тут неподалеку проходит Забытый Тракт, завтра будем там. Лучше бы нам поторопиться и идти напрямик.

– Почему? — спросил Фродо.

– Я не знаю, что мы найдем там.

– А Гэндальф? Разве мы его не встретим?

– Может, конечно, и встретим, да только вряд ли. Он мог и не зайти в Брыль. Но если я правильно рассчитал и он завернет туда, мы все равно можем разминуться. Дорога рядом, и ни ему, ни нам задерживаться не стоит. В глуши Всадникам нас не найти, они тоже могут отправиться на Заветерь. Оттуда хорошо просматриваются окрестности. А потом, здесь немало зверей и птиц, не всем из них можно доверять. Есть и другие шпионы, еще похуже.

Сэм сейчас же начал озираться.

Однако небо над ними оставалось пустынным. Ни ястребов, ни зорких орлов.

– И так хорошего мало, а от твоих слов совсем одиноко, — насупившись, сказал он.

– Что же делать, по–вашему? — спросил Фродо.

– Я думаю, самое правильное, — словно нехотя ответил Колоброд, — идти к холмам, но не прямо к Заветери. Там есть одна тропа, она приведет нас к горе с севера. Не так заметно с дороги. А там посмотрим.

Они весь день, до ранних холодных сумерек, тащились вперед. Позади, над оставленными болотами, поднялся густой туман.

Местность вокруг поражала голым унылым видом, только какие–то печальные пичуги посвистывали изредка. Но позже, к закату, затихли и они. Хоббиты с тоской вспоминали о ласковом закатном солнышке, заглядывавшем в веселые круглые окошки Засумок.

Совсем уже к вечеру повстречали ручей, торопившийся с холмов в сторону болот, и, пока хватало света, шли вдоль берега. Остановились почти ночью и разбили лагерь в чахлом ольшанике. Гребни холмов заметно приблизились. Их голые вершины словно придавили равнину. В эту ночь впервые выставили дозорных, а Колоброд, похоже, и вовсе не спал.

От молодой луны на землю лег холодный серый свет.

Поутру вышли сразу после восхода. В воздухе пахло ранним заморозком, с ясного неба лился голубой свет. Хоббиты взбодрились. Видно, они привыкали к новой жизни. Еще совсем недавно после такого перехода, как вчера, им пришлось бы несколько дней отлеживаться. Пиппин заявил даже, что нынешний Фродо выглядит лучше двух прежних.

– Сомневаюсь, — отозвался Фродо, затягивая пояс. — По–моему, наоборот, от меня половина осталась.