Властелин колец

Оно не было ни близким, ни громким, так, едва различимые звуки на самом пределе слышимости, но раз начавшись, они непрестанно сопровождали отряд. Эхо? Нет, не эхо. Когда все останавливались, оно еще шлепало чуть–чуть и только потом стихало.

В Морию они вошли ночью, а теперь шли уже несколько часов с короткими передышками, но тут Гэндальф впервые озадачился надолго. Впереди широкая темная арка расходилась тремя галереями. На первый взгляд, все три вели на восток, но левая зарывалась вниз, правая — вверх, а средняя, хоть и казалась горизонтальной, настораживала узостью прохода.

– Хм, совсем не помню этого места, — пробормотал Гэндальф, останавливаясь. Он поднял жезл, надеясь отыскать на своде какие–нибудь знаки или надписи, но ничего не нашел. Тогда он сказал сам себе: — Нет, слишком устал, чтобы не ошибиться. Да и все устали, наверное. Ночь еще не кончилась, остановимся здесь. Снаружи миновала полночь, луна скоро зайдет.

– Бедный Билл, — вспомнил Сэм. — Как–то он там? Интересно, удалось ему от волков удрать?

Слева от арки обнаружилась каменная дверь. Полуприкрытая, она легко распахнулась от несильного нажима.

За ней, кажется, находилась небольшая зала.

– Осторожнее! — крикнул Гэндальф, останавливая Мерри с Пиппином, бросившихся вперед. Хоббиты так обрадовались хоть какому–нибудь укрытию, да еще с дверью, что совершенно забыли об опасности. Уж очень не хотелось спать прямо посреди открытой галереи.

– Осторожнее, — повторил маг. — Вы же не знаете, что там, внутри. Пустите–ка меня.

Он боком протиснулся в дверной проем, остальные вошли следом.

– Вот, — Гэндальф указал жезлом на середину комнаты. У его ног чернела большая круглая дыра в полу.

Обрывки цепей свисали вниз, пол вокруг был усыпан каменными обломками.

– Один из вас неминуемо загремел бы туда, — негромко сказал Арагорн стоящему рядом Мерри, — и сейчас все еще гадал бы, когда же будет дно. У нас есть проводник, вот пусть он и идет первым.

– Здесь располагалась стража, — заявил Гимли. — А это — колодец. Крышка разбита, надо быть поосторожнее в темноте.

С первой же минуты колодец неодолимо притягивал Пиппина. Пока остальные разворачивали одеяла и устраивались на ночлег под стенами, он на четвереньках подполз к краю и заглянул внутрь.

Из невидимых глубин поднимался ток холодного воздуха. Повинуясь внезапному порыву, Пиппин подобрал с пола камень и отпустил его над дырой. Сердце хоббита успело стукнуть много раз, прежде чем снизу пришел звук. Сначала донеслось едва слышное «плюх», видимо, камень упал в поду, но потом звук пошел гулять по стволу колодца, отражаясь от стен.

– Что там? — вскинулся Гэндальф.

Пиппин, замирая, сознался и даже в темноте разглядел гневно сверкавшие глаза мага.