Влюбленным вход воспрещен!

– Сперли! – ахнула я. – Успели уже!

– Там дело темное, но, в общем, так и не нашли. Но профессор отдал нам свои личные бумаги, а там все расписано по-научному. С расчетами и графиками. Отдал и уехал к сыну в Штаты.

– А мы начали действовать, – ответила Нина, – пока, правда, удалось только затянуть начало строительства. Сергей Сергеевич очень много этим делом занимался, но в последнее время что-то охладел к нему… Занят он очень…

– Понятно, – протянула я, – что ж, пойду я пока…

– Завтра приходи! – встрепенулась Нина. – Все будут, я тебя познакомлю!

– Завтра не могу, – на всякий случай предупредила я, – работаю допоздна. Может, послезавтра заскочу.

Я ехала в маршрутке и так интенсивно размышляла, что даже голове стало горячо.

Стало быть, вот как развивались события. Александр Каренин взял интервью у большого чиновника Барсукова. Тот долго рассказывал журналисту про строительство и как он много делает для блага города и его жителей. И тут вдруг появляется профессор Переверзев со своей экспертизой.

Каренину и вид делать не надо, что он страшно заинтересован, он и вправду загорелся, потому что в деле запахло деньгами. Причем очень большими деньгами. Говорила же Ольга, что Каренин – тот еще тип, думает только о себе любимом, и больше для него никто и ничто не существует.

Каренин отмахивается от профессора, добывает в архиве института настоящую экспертизу и потихоньку начинает шантажировать Барсукова. Дескать, вы согласие дали, подпись свою поставили – ясное дело, не бесплатно. Хорошие денежки небось получили от застройщика. Так поделитесь, не жадничайте. В противном случае это дело он, Каренин, предаст огласке, экспертизу опубликует, а у него, сами знаете, возможностей много.

Натравит он на Барсукова прессу и телевидение, конечно, так или иначе чиновник отмажется, но шуму будет много. Всплывет вопрос о взятке, а сейчас у нас с этим строго. Опять же, тот, кто эту взятку дал, тоже недоволен будет. Он-то платил за то, чтобы ему зеленую улицу дали, а тут оказался полный затор. Деньги взял – сделай дело! А иначе полный беспредел получается.

И я думаю, что Каренин с Барсуковым сговорились – зачем шум поднимать, если можно дело миром решить? Жадность никого еще до добра не доводила.

По всему получается, что тот сутулый неприятный тип, которого видала я в глазок, когда тряслась в той квартире, человек Барсукова. Лицо, которое выполняет для него особо деликатные поручения. Потому что встречаться Каренину с Барсуковым где-то на людях часто было нельзя – оба люди публичные, заметные, мигом кто-то из журналистов узнает и заинтересуется, что их связывает. А такие дела нужно тихо обделывать, это все знают.

Голова заболела от таких интенсивных размышлений.