Воин Забвения. Гранитный чертог (СИ)

Расенд брезгливо вскидывал ноги, попадая копытами в лужицы или слишком жидкую грязь. Кмети настороженно осматривались. После переправы они совсем замолчали: как бы ни смеялись над причудами старосты, а слова его, видно, крепко засели в головах. Хальвдан по сторонам особо не глазел — следил только, чтобы не завести коня в слишком болотистое место: тропы здесь не было и в помине. Может, и проходил кто, но жадная топь быстро съедала все следы.

— Паршивое место, — буркнул за спиной Ленне. И тут же другие парни едва не все разом вздохнули, поддерживая его.

— Смотри под ноги и езжай молча, — бросил в ответ Хальвдан.

Когда сумерки стали совсем непроглядными, зажгли несколько факелов. Отсветы бросились оранжевыми лезвиями между стволов, превращая деревья в чудищ, которыми пугают детей за непослушание. Чем дальше, тем плотнее становились заросли багульника кругом. И хоть он не цвёл, а в воздухе будто бы витал его одуряющий запах. Так, глядишь, не только Лешак с болотницами привидятся…

— Что там, Хальвдан ярл? — снова подал голос Ленне. А на гневный взгляд, который тот послал ему, только указал рукой перед собой.

Хальвдан проследил за его движением. Из темноты и правда проступали неясные очертания невысоких домов, как будто землянок. Ели и осины стали реже, а там и вовсе оборвались, сменившись обширной вырубкой, уходящей далеко вперёд. Однако она уже начала снова зарастать молодыми чахлыми деревцами.

Хальвдан остановил жеребца и, подняв факел повыше, огляделся. Деревня была сожжена. Очень давно. Теперь от изб только кое-где остались обрушенные срубы, отдалённо ещё напоминающие людское жильё. Как найденный в старинном кургане скелет напоминает, что был когда-то человеком.

Но в большинстве своём остатки разрушенных домов просели в податливую землю, поросли ярко-зелёным мхом, который выглядел неуместно празднично в этом заброшенном месте.

— Речная… — непонятно кому пояснил Хальвдан.

— Не стоит тут останавливаться, — шепнул кто-то из парней позади.

— Что, в штаны наложили?

— Да ладно тебе, воевода. И правда ведь, нехорошее место.

Качнув головой, Хальвдан пустил Расенда спокойным шагом. Тот пошёл нехотя, постоянно прижимая уши и зыркая по сторонам. Вокруг было необычайно тихо: даже ночных птиц не слыхать.

Ни зверя, ни бульканья выходящего из болотной утробы воздуха. Что-то хрустнуло под копытом так громко, что все вздрогнули, и из вязкой грязи проступил острым краем белёсый обломок кости. Скверное дело тут приключилось. И раз люди остались неупокоенными, то и ничего хорошего от этой земли ждать не приходится. Вот она и гневается, погребает под собой знаки свершившегося когда-то непотребства. Доберётся до места слияния Рычухи и Нейры, сожрав последнее напоминание о нём — авось угомонится.