Война. Часть 1 (СИ)

Завороженно гляжу на мерцающий в потоке поднимающегося от приборов горячего воздуха луч, на стене передо мной быстро возникает и тут же исчезает изящный силуэт Оли.

— Лёшик, у нас что будет эпилятор? — вздрагиваю и покрываюсь «гусиной кожей» от горячего дыхания подруги.

— Представляешь кого я встретила на «Мосфильме»? — Оля легко прыгает через две ступеньки чтобы поспеть за мой, — Алексея Толстого! Интересный дядечка, быстро узнал кто я такая…

«Как не спросить, что это за штучка рассекает на ЗИСе»?

— …рассыпался в комплиментах мне, не смотря на стоящую рядом то ли жену, то ли секретаршу, много моложе его, кстати, лет тридцати…

— И жена, и секретарша, — киваю я.

— … Я подумала, каков нахал…. но оказалось, что ему нужен ты, — подруга с скашивает любопытный взгляд на меня.

— Встречался с ними три года на даче у Тухачевского, — у спускающегося по лестнице навстречу нам какого-то мужчины от моих слов вытягивается лицо.

— М-м… Толстого пригласили на «Мосфильм» для заключения договора на экранизацию «Гиперболоида инженера Гарина», представляешь? А тут я захожу в лабораторию, а у тебя он самый на столе.

— Бывает, а что ему надо? — отрываю перед подругой дверь в свою приёмную, — здравствуйте, товарищи.

«Грымза» взмахом руки усаживает обратно подскочивших с мест при виде меня посетителей.

— Он написал продолжение «Гиперболоида», — в кабинете Оля по привычке спешит к окну открывать форточку, а я включаю генератор белого шума, — хочет посоветоваться с тобой по техническим вопросам. А ещё я там встретила Шпанова…

— Знакомая фамилия, — становлюсь рядом с Олей.

— … ну, помнишь в прошлом году ходили на фильм «Глубокий рейд», про лётчиков, по его сценарию снималось.

— А-а, это как три наших эскадрильи в ответ на нападение враждебного государства одним налётом разбомбили весь их тыл и мы победили… Как это твоему Шпанову удалось после ареста Тухачевского такой сценарий протолкнуть?

— Значит не один Тухачевский у нас «доктрину Дуэ» продвигал.

— Вспомнил, Шпанов — заместитель редактора журнала «Техника воздушного флота», прослышал, видно, об испытаниях нашего истребителя. Не иначе, будет проситься к Лавочкину в КБ на экскурсию.

— А вот и не угадал, — Оля кивает на две пухлые картонные папки, лежащих на моём столе, — писатели-фантасты рецензию хотят получить на свои произведения от наркома, отвечающего за «чародейство и волшебство». Я серьёзно. Не знаю уж как на Гиммлера повлияли предсказания, которыми Барченко поделился со Свеном Гединым, а тот в свою очередь с Вейстхором, но на наш «бомонд», особенно на писателей, его откровения производят неизгладимое впечатление.