Газлайтер. Том 5 (СИ)

Если бы приезжие умели себя вести, ни о какой дуэли не шло бы и речи. Но придется гостям показать, что в моем городе нужно вести себя прилично, иначе хулиганам сильно не поздоровится.

Недежка же ухмыляется, глядя на меня:

— Так и быть, это будет не избиение до смерти. А всего лишь поучающий урок.

— Верно, — киваю, и мое бесстрашие в очередной раз нервирует пермяка.

Площадку под дуэль организовывают прямо на танцполе. Территорию огораживают, гвардейцы вежливо оттесняют гостей, толпа в возбуждении переговариваются. Несколько одноклассников подходят ко мне пожелать удачи. Даже Айсмен Богдан решает поддержать:

— Вещий, ты меня, конечно, обычно бесишь, но сейчас поступаешь по чести, — бурчит он. — Так что не вздумай продуть. Покажи этим пермякам, что бывает, когда обижают наших девчонок.

Интересно, он-то откуда знает о причине? Неужели Камила уже рассказала одноклассникам?

— Не волнуйся, снеговик. Сегодня пермяки получат наглядный урок как не стоит себя вести в гостях, — обещаю я.

Но речь не только про хорошие манеры. Пора показать на примере, что будущий род Вещих лучше уважать даже благородным. Лучше для их собственной безопасности. Ситуация с осмелевшими Зябликовыми показала мне, что я очень сильно перестраховываюсь. Слабые стервятники совсем меня не боятся. А посему сегодня я продемонстрирую значительную часть своей силы и приоткрою завесу. Повод очень даже подходящий. Да и зрители достойные — богатейшие и сильнейшие дворяне княжества, а также сам князь Великопермский с младшим сынком.

Моим секундантом выдвигается Гриша. Казах выглядит озабоченным и встревоженным, особенно когда Недежке приносят полуторный меч со сверкающим длинным клинком. Гришка сразу становится мрачнее тучи.

— Грих, сделай лицо попроще, — угораю я над другом.

— Как тут сделаешь? — рычит казах, изменяя своему всегда спокойному нраву. — Смотри, ему родовой меч принесли! Этот Недежка явно неплохой фехтовальщик!

— Скорее всего, — не спорю.

— А ты почему спокоен! У тебя хоть есть, чем рубиться?

— Конечно, — отвожу полу смокинга, показывая короткие ножны с навахой. — Обижаешь.

Но мое вооружение совсем его не обрадовало.

— Ты с ума сошел, — качает головой Гришка. — Нельзя выходить с этой зубочисткой. Давай я попрошу отца одолжить родовой палаш Калыйр?

— Не стоит, — я хлопаю друга по плечу. — Мне сподручнее со своим клинком, рука к нему привыкла. И зря ты обозвал мою «бритву». После боя обязательно поменяешь свое мнение.

Гришка порывается бурчать что-то, но сдерживает себя. Понимает, что незачем портить мне боевой дух, даже если у него самого пессимистичные мысли насчет моего оружия.

Между тем на «арену» наконец зовут поединщиков.