Волшебный компас Колумба. Неизвестный шедевр Рембрандта

– Сделаю. Не ради тебя, ради ее памяти, тети Лины. Но плакать о тебе не буду, так и знай.

– И вот еще… Возьми там… – Дядька засуетился, показывая на тумбочку.

Тоня вытащила из ящика простой бумажный конверт. «Моей племяннице Тоне» – было написано от руки, она узнала четкий учительский почерк тети Лины. В конверте было письмо.

И подпись: тетя Лина.

Тоня рукой вытерла слезы и осмотрела конверт. Изначально он был заклеен, а потом неаккуратно разорван. Ну ясно, дядька поинтересовался, а вдруг тетя Лина ей денег сколько-то оставила? Так чтобы из рук не выпустить.

И даже убедившись, что о деньгах речь не идет, все равно не отдал Тоне письмо – просто так, из вредности.

Тоня посмотрела на дядьку, он следил за ней испуганно.

– Прости-и… – прохрипел он, – прости-и…

– Бог простит, – холодно сказала Тоня и вышла из палаты.

Некогда тут прохлаждаться, ее Рик ждет голодный, и вообще жизнь налаживать нужно. К Степану в больницу надо съездить, работу найти, в квартире после этих уродов хоть как-то прибраться.

Тоня вышла из больницы и вдохнула глубоко прохладный осенний воздух.

Что-то изменилось в ней, теперь она твердо знала, что впереди у нее еще целая жизнь, и она сделает все, чтобы эта жизнь была счастливой.

Неизвестный шедевр Рембрандта

– Галина Леонидовна! – раздался в полутьме коридора едва слышный голос.

Галина вздрогнула, вгляделась в темноту.

В проеме двери стоял молодой охранник – тот самый, который был за рулем, когда они ехали из аэропорта.

– В чем дело? – спросила она с легким оттенком недовольства.

Охранник приложил палец к губам, отступил, как бы приглашая ее последовать за собой.

Галина фыркнула – что за фамильярность? Она хотела было пройти мимо, но что-то в глазах парня зацепило ее, вызвало в душе тревогу, смутное, неосознанное беспокойство.

Она замешкалась на пороге, но все же решилась, вошла.

Это была одна из тех странных комнат, каких много было в этом безумном доме – круглая, ласточкиным гнездом нависающая над морем. В большие окна эркера ломился юго-западный ветер, швыряя в них клочья сырого балтийского тумана.

Судя по всему, охранники держали здесь запасное оборудование – какие-то приборы, мониторы, камеры.

– В чем дело? – сухо повторила Галина, лицом и голосом подчеркивая дистанцию.

Охранник плотно закрыл за ней дверь, включил свет, проговорил с оттенком смущения и беспокойства:

– Галина Леонидовна, я хотел вам кое-что показать…

– Почему именно мне? – спросила она недовольно. – Почему не вашему начальнику?

– Мне казалось, что вы должны это увидеть первой.

– Ну, так показывайте! – процедила она нетерпеливо.