Волшебный компас Колумба. Неизвестный шедевр Рембрандта
Так вот не могли бы вы привезти его ко мне? Я сама не могу появляться дома…
Тоня изумленно молчала. Кто это звонит? Ведь хозяева дома сбежали всей семьей. Анфиса рассказывала, как жена хозяина с детьми уехала, как будто за ней черти гонятся, и этот водитель, что с Соколовой приехал, говорил, что сам Самохин в розыске, а семья его улетела в Германию.
– Вы меня слышите? – взывал женский голос в мобильном.
А с чего Тоня решила верить посторонней тетке и водителю? То есть Анфиса-то, может, и видела, как те уезжали, но вот водитель про Германию спокойно мог наврать, чтобы перед Тоней хвост распустить, будто он все знает, во все посвящен.
– Так вы мне поможете? – спрашивал голос. – Нужно только привезти собаку сюда, я заплачу вам за услуги, не сомневайтесь!
– Да, – наконец решилась Тоня, – да, конечно, я привезу его, говорите адрес.
– Кузнецовская улица, дом шесть, корпус три! – выпалила женщина. – Это недалеко от платформы «Паровозный музей»!
«Даль-то какая, – недовольно подумала Тоня, – что она, поближе подъехать не может? У нее самой машина».
– Знаю, что далеко, – женщина как будто подслушала ее мысли, – но вы ведь на автомобиле…
– Ну да, – неохотно согласилась Тоня, – хорошо, я успею за полтора… Нет, за два часа.
Тоня с недоумением смотрела на мобильник. Что-то не понравилось ей в разговоре, голос у женщины был какой-то ненатуральный. Но, возможно, все дело в плохой связи. Так или иначе, для нее это какой-то выход. Вчерашний день показал, что находиться в этом доме небезопасно. Она решила остаться здесь только ради собаки.
Вот именно, как раз идти-то и ехать ей некуда. Так жалко Рика… Она успела привязаться к псу, и он к ней тоже. Тоня зажмурила глаза, чтобы отогнать набежавшие слезы. Ну что за ужасный рок висит над ней? Только появилась у нее близкая, родная душа, как судьба норовит ее отнять!
Тоня устыдилась своим мыслям и потрясла головой, чтобы выбросить их из нее. Нельзя быть такой эгоисткой, нужно рассуждать здраво.
Тоня шмыгнула носом и вытерла глаза кулаком, потом наскоро умылась и подкрасилась. Все-таки в город едет. Время неумолимо бежало вперед, и не осталось его даже для того, чтобы позавтракать.
Она закусила куском черствой булки и насыпала Рику в миску побольше сухого корма. Он посмотрел равнодушно и подошел к двери – сначала, мол, прогулка, а потом – еда.
– Ешь! – прикрикнула Тоня.

















