Ворожея

Она ведь не захоронена, как подобает, вот и шастает. Доставит Паляндре с десяток душ, глядишь, та и расщедрится на подарок какой, — пояснила ворожея.

— Можно помыслить, что мне от таких разъяснений легче стало, — пробурчал мельник, передернув плечами.

— Я всегда подозревал, что не так ты смел, каким кажешься, — вставил Алесь и тут же потупился под укоряющим взглядом Милавы.

Вит только губы поджал. Отвечать на колкость не стал — то ли сил не хватало, то ли просто не пожелал.

— А как ты себя чувствуешь? — мягко спросила Милава, погладив мельника по руке.

Алесь, завидев это, шумно засопел. Ворожея усмехнулась, явно приметив его недовольство, но ладони не убрала, разве что гладить перестала.

— Все добре, благодарствую.

— Скажи, Вит, ты точно круг прочертил, ни одного кусочка не пропустил?

— Да где ж ему было за косой следить, ежели он занят был, — снова подначил Алесь.

— О чем ты? — не уразумела Милава.

Зато Вит, даже несмотря на побившие его лик гнойники, сделался в цвет спелой рябины.

— Он с Востой целовался, — хмыкнул Алесь.

— Не твое дело, — буркнул Вит, покраснев еще боле.

Милава только переводила недоуменный взгляд с мельника на сына старосты и обратно. Алесь расценил это, как желание узнать все, и потому продолжил:

Ворожея зачем-то потянулась к приготовленной мази и стала ее разглядывать.

— А ты иного занятия не сыскал, как за людьми подглядывать, — недовольно пробормотал Вит.

— Больно надобны мне ваши ласки, — отмахнулся Алесь. — Просто я за Милаву, э-э-э, да Восту волновался, потому и довелось на вашу пылкость любоваться.

— А ты уверен, что круг добре прочертил? — не глядя на мельника, спросила девица.

— Верь мне, Милава! Я все в точности, как ты велела, выполнил, — снова сел Вит.

— Ага, верь… Разве ты что-нибудь сумел разглядеть за лобызанием?

— Вот и надобно было самому проверить, — бросила Милава.

Алесь обиженно насупился.

— Кое-кому стоит научиться любезностям, — сказала ворожея.

— Было бы с кем любезничать, — пробурчал сын старосты, точно пытаясь испепелить Вита взглядом.

— А где Воста? — вдруг спохватился мельник. Милава и Алесь переглянулись. И то верно: Вит ведь ничего не ведает. — Чего притихли? Где она?

Милава взяла его руки в свои ладони:

— Нет ее больше. По заповедной дороге пошла.

— Как это?! Что с ней случилось? — вскочил Вит.

Ворожея опустила голову и севшим голосом добавила:

— Ее волколак задрал, когда она хворост для костра собирала.

Вит схватился за голову и заметался по избе. Ворожея грустно за ним наблюдала.

— И зачем только я вас одних покинул? Это я, я в ее смерти повинен!

— Нет! — округлила очи Милава. — Что ты! Ежели кто и повинен, так это я.

— Ты?! — разом спросили мельник и сын старосты, недоуменно уставившись на девицу.