Ворожея

Оконце распахнулось, и что-то больно уперлось в самую макушку — уж не самострел ли?

— Чего это тебе тут надобно? — пророкотал Лютовер.

— Силу темную отвадить пытаюсь, — нашлась с ответом ворожея, страшась шевельнуться — что, ежели эта здоровенная ручища дрогнет и самострел сработает?

— У меня под оконцами? — в гласе охотника прозвучали угрожающие нотки.

— Убери оружие! — возмутился Вит.

— Так, у тебя под оконцами, — подтвердила Милава.

— Да ты, видать, та самая пришлая ведьмарка, которую не поспели на костре спалить, — догадался Лютовер, — может, мне тебя самому в Вырай отправить? Глядишь, хворь с села отступит да дышать легче станет.

— Валяй! — разозлилась Милава. Вся осторожность куда-то враз подевалась. Ишь ты, смельчак — с бабами воевать. Сначала Яромилу к рукам прибрал, а теперича пытается и ее жизнью распоряжаться? Не выйдет!

— Ты спятил, что ли? — Вит кинулся на Лютовера и умудрился-таки отвести самострел в сторону. Воздух пронзил свист — стрела воткнулась в ствол ближней сосны. Милава оторопело глядела на дерево. — Точно, спятил! — пролепетал Вит и резко перевел взгляд обратно на Лютовера. Послышался щелчок — самострел снова был заряжен. Мельник встал перед неприятно ухмылявшимся охотником, закрывая собой Милаву.

— Это не поможет. Моя стрела вас обоих прошибет, — заверил мужик.

Внезапно из хаты донесся скрип половиц. Подле могутной стати Лютовера возникла тоненькая женщина дивной красы. Она взволнованно поглядела на мельника, а затем перевела взгляд на мужа. Лютовер опустил самострел:

— Убирайтесь отсюда! А ежели сунетесь снова — порешу!

Милава выбралась из-за спины заступника и столкнулась взглядом с Яромилой. В голове зазвучал прекрасный голос:

— Помоги мне, ворожея. Я в долгу не останусь.

Милава кивнула и пошла прочь от хаты. Вит поспешил следом.

— Я же тебе сказывал, что с Лютовером шутки плохи! Только зря час потеряли.

— Не зря, — коротко ответила она.

Мельник только руками развел.

На землю упали первые капли дождя. Ветер усилился и словно подталкивал. Милава и не приметила, как вышла к реке. Она привыкла доверять матушке-природе. Стало быть, знак. Ворожея внимательно вглядывалась в водную рябь, словно мерцающую в свете факела. Вит молча переводил взгляд с ее лика на реку и обратно. Но все ж решился спросить:

— И что нам тут надобно?

Но ответа уже не требовалось. Из серебристой воды показалась зеленовласая голова, туловище в белой рубахе. Намокшая ткань прилегала к стану, облегая каждый выступ младого девичьего тела. Русалка! Вит ахнул и, схватив Милаву за локоть, потащил обратно к лесу.

— Погодь, — ворожея тщетно попыталась высвободиться из крепких рук спутника. — Все добре, не страшись.

Мельник остановился, но рук от локтя убирать не спешил.