Ворожея

— А-а, — кивнула Милава, припомнив спитой лик.

— Схорониться тебе надобно, — посоветовал Алесь.

— Я в лесу буду. Он мне что отец родной.

— А как же волколак? Неужто не убоишься? — спросил Алесь.

Милава оглянулась на подружку — лунный луч, протиснувшийся сквозь кроны, осветил ее привычно ледяное выражение лика — и, повернувшись к молодцу, с вызовом спросила:

— А чего ж мне страшиться, коли все селяне меня ведьмаркой называют да мыслят, что это я волколака науськала? Все ж как-никак, а Кукоба — бабка мне родимая!

— А я в то не верю, — спокойно ответил Алесь.

— Почему это? — Брови Милавы удивленно надломились.

— Потому как ежели б ты была повинна в том, в чем тебя винят, то Цвету бы помогать не стала.

— А может, я следы заметала, — сощурилась ворожея.

— И когда Восту от… меня спасала? — Алесь мельком глянул на замершую подле смуглянку. — И когда Рафала учила, как от меня хворь отвести? Нет. Не сходится. А за помощь благодарю тебя.

Молодец согнул спину, проведя пальцами по траве. А как разогнулся, так снова едва не упал. Устыдилась своих слов ворожея.

— Ступай с миром, Алесь, да дядьке Рафалу покажись. Он тебе трав наварит — и ты почувствуешь себя намного лучше.

— Может, я чем помочь в силах?

Воста фыркнула. Свои мысли об Алесе, как помощнике, она озвучила и, по всему видать, мнения не изменила. Милава оглянулась на смуглянку, а затем, точно извиняясь, пожала плечами:

— Благодарствую, но все ж тебе лучше домой вернуться.

— Добре, — нехотя сказал сын старосты и не двинулся с места.

— Пойдем, и так уже много часу потеряли. Не дай боги, твои убивцы за подмогой отправились — тогда ни тебе, ни мне спасителя не найдется, — Воста потянула ворожею за руку.

Из кустов послышался звериный рык. Троица оглянулась. Из-за темной раскидистой зелени показалась огромная волчья морда, а следом — гигантское мохнатое тело. Отстраненно-холодный лик Восты исказился от паники. Алесь невольно сделал шаг назад. Милава, наоборот, встала как вкопанная: сомнений не осталось — то был волколак. Не бывает волков размером с тягловую кобылу. Да и лунные лучи, высветившие рыжий мех, подтвердили догадку. В приоткрытой пасти блестело множество клыков, способных запросто перегрызть хребет медведю, что уж говорить о людях. Хищник присел, как перед прыжком.

— На дерево! — скомандовал Алесь, стараясь заслонить собой девиц, в ужасе жавшихся друг к дружке.

— Но… — пролепетала Милава.

— Лезьте на дерево, я сказал! — в голосе молодца прозвучали стальные нотки. Это было повеление истинного вожака, старосты. Ворожея не посмела возражать, хотя ужасно боялась за Алеся. Воста уже зацепилась за нижний сук — благо подле рос могучий раскидистый дуб-батюшка. Милава последовала ее примеру.