Восхождение королей

Странно отреченным голосом Лорен произнес:

— У тебя рана от кинжала. Тебе нужно остановить кровотечение, пока я не смогу позвать врача. Прижми здесь. Вот так. — Он поднял левую руку Дэмиена и прижал ее к его животу.

Затем он взял вторую руку Дэмиена в свою, переплетая их пальцы и держа ее так, словно это была самая важная вещь в мире. Дэмиен подумал, что, должно быть, он умирает, раз Лорен так держит его руку. Это была его правая рука, на запястье был надет золотой браслет. Лорен сжал ее крепче и поднес к себе.

Раздался щелчок, когда Лорен пристегнул золотой браслет Дэмиена к одной из рабских цепей, валявшихся на полу. Дэмиен, не понимая, посмотрел на свое вновь закованное запястье.

Затем Лорен поднялся, его рука сомкнулась на рукояти меча Дэмиена.

— Он не убьет тебя, — сказал Лорен. — Но я убью.

— Нет, — сказал Дэмиен. Он пытался двинуться и натянул цепь до предела. Он сказал: — Лорен, он мой брат.

И тогда он почувствовал, как поднялись волоски на теле, когда настоящее исчезло, и мраморные полы превратились в то поле, где брат столкнулся с братом.

Кастор спустился по ступеням.

— Я убью твоего любовника, — обратился он к Дэмиену, — а потом я убью тебя.

Лорен встал на его пути — стройная фигура с мечом, который был слишком большим для него — и Дэмиен подумал о тринадцатилетнем мальчике, жизнь которого вот-вот изменится, стоящем на поле битвы с намерением в глазах.

Дэмиен видел раньше, как сражается Лорен. Он видел легкий, точный стиль, который Лорен использовал в бою. Он видел, как Лорен подходит к поединку с другим, рациональным, взглядом. Он считал Лорена искусным бойцом, даже мастером своего собственного стиля.

Кастор был лучше. Лорену было двадцать — все еще год или два до пика его физического развития как воина, орудующего мечом. Кастор в свои тридцать пять находился на закате своего мастерства. По физической подготовке они были примерно равны, но разница в возрасте давала Кастору пятнадцать лет опыта, которых у Лорена не было, и которые Кастор провел в сражениях. У Кастора было телосложение Дэмиена — он был выше Лорена, до него сложнее было добраться. И Кастор был полон сил, в то время как Лорен был утомлен после долгого стояния в тяжелых железных кандалах.

Они смотрели друг на друга через ограниченное пространство. Здесь не было армии, которая наблюдала бы за боем, здесь был только мрамор бань с их гладкими полами. Но прошлое присутствовало здесь с ужасающей симметричностью: то далекое прошлое, когда судьба двух стран заключалась в одном поединке.

Оно настало. Оно было здесь, между ними. Огюст, его благородство и целеустремленность. И юный Дамианис, высокомерно вступающий в бой, которому суждено было все изменить.