Восхождение королей

Он вспомнил, как пинком его ноги были раздвинуты, руки привязаны, вспомнил ощущение прочного дерева креста, прижатого к своей груди, и плети, вот-вот готовой упасть на его спину. Он вспомнил, как Лорен устроился у противоположной стены, прислонившись спиной, чтобы наблюдать за каждым малейшим изменением в лице Дэмиена.

Его взгляд вернулся к Лорену. Дэмиен знал, что покраснел, он чувствовал тепло на своих щеках. Перед собравшимися генералами он не мог спросить: «Что ты наделал?»

Снаружи шатра началось движение.

Там Виирийская свита занималась установкой через равные промежутки десяти декоративных колод для порки. Виирийские конвоиры стащили с лошадей, как мешки с зерном, десятерых человек, раздели их, затем связали.

Под навесом шатра Акиэлосские мужчины и женщины вопросительно переглядывались друг с другом, другие вытягивали шеи, чтобы рассмотреть.

На глазах у собравшейся армии десятерых пленников толкнули к колодам, они спотыкались, пошатываясь, их руки были связаны за спинами.

— Эти люди напали на Акиэлосскую деревню Таразис, — сказал Лорен. — Они клановые наемники, купленные моим дядей, которые убивали ваших людей в попытке разрушить мир между нашими народами.

Теперь все внимание шатра принадлежало ему. Взгляд каждого Акиэлоссца был прикован к нему — от солдат до офицеров и даже генералов. Македон и его люди в частности видели разрушение в Таразисе своими глазами.

— Плеть и эти люди — подарок Виира Акиэлосу, — сказал Лорен, а затем повернулся с нежным взглядом голубых глаз к Дэмиену: — Первые пятьдесят ударов — мой подарок тебе.

Дэмиен не смог бы остановить это, даже если бы захотел. Атмосфера в шатре была густо пропитана удовлетворением и одобрением. Его люди жаждали этого, оценили это по достоинству, были признательны за это Лорену, золотому юноше, который мог приказать разорвать людей на части и наблюдать за этим, не поведя и бровью.

Виирийские конвоиры вбивали колоды для порки в землю, а затем рывками проверяли их на прочность, чтобы убедиться, выдержат ли они вес.

Частью разума Дэмиен признавал, насколько идеально был выбран подарок с тонким мастерством: одной рукой Лорен бил его наотмашь, в то время как другой ласкал его генералов, как хозяин чешет подбородок собаки.

Дэмиен услышал свои слова:

— Все-таки, — сказал Лорен, удерживая его взгляд, — я помню, что тебе нравится.

Раздетые пленники были привязаны к колодам.

Виирийские конвоиры заняли свои позиции, каждый встал за одним из пленных, каждый держал в руке плеть. Раздалась команда. Пульс Дэмиена зачастил, когда он осознал, что сейчас будет наблюдать, как по приказу Лорена десятерых человек живьем освежуют у него на глазах.