Восхождение королей

Македон отдавал предпочтение грубому стилю, распространенному на севере, но Дэмиен был достаточно силен, чтобы встречать его мощные двуручные выпады и парировать их, не прибегая даже к использованию отточенных скорости или техники. Сила Македона встретилась с силой.

Первый удар заставил Македона пошатнуться и отступить назад. Второй выбил меч из его рук.

Третий был бы смертью в стали, разрубившей шею Македона.

Голос Лорена прорезал сражение, и в нем безошибочно звенел приказ.

Македон исчез. Вместо него оказался Лорен. Лорен рывком оттолкнул Македона назад в грязь, и меч Дэмиена летел к незащищенной шее Лорена.

Если бы Дэмиен не повиновался, если бы все его тело не отреагировало на эту звенящую команду, он бы отсек голову Лорена от его тела.

Но в то же мгновение, когда он услышал приказ Лорена, сработал инстинкт, выкручивая каждое сухожилие. Его меч замер на волосок от шеи Лорена.

Дэмиен тяжело дышал. Лорен в одиночку пробрался на импровизированное поле сражения. Его люди, гнавшиеся за ним, остановились по сторонам в качестве наблюдателей. Сталь скользнула по нежной шее Лорена.

— Еще дюйм, и ты управлял бы двумя королевствами, — сказал Лорен.

— Уйди с дороги, Лорен, — голос Дэмиена низко доносился из гортани.

— Оглядись. Это нападение — хладнокровный план, организованный, чтобы опорочить тебя перед твоими же людьми. Разве Македон так мыслит?

— Он убивал в Брето. Он вырезал всю деревню Брето так же, как и эту.

— Это была месть за нападение моего дяди на Таразис.

— Ты его защищаешь? — спросил Дэмиен.

— Любой может поставить засечку на поясе.

Рука Дэмиена крепче сжала рукоятку меча, и на мгновение ему захотелось вонзить его в Лорена. Чувство нарастало в нем, густое и горячее.

Дэмиен отправил меч обратно в ножны. Он прошелся взглядом по Македону, который неровно дышал, переводя глаза с одного из них на другого. Они быстро вели диалог на Виирийском.

— Он только что спас твою жизнь.

— Мне следует поблагодарить его? — спросил Македон, лежа в грязи.

— Нет, — ответил Лорен по-акиэлосски. — Будь это в моей власти, ты был бы мертв. Твои грубые ошибки играют на руку моему дяде. Я спас тебе жизнь, потому что союз нуждается в тебе, а я нуждаюсь в союзе, чтобы свергнуть дядю.

Воздух пропитался запахом угля. С пустынного пятачка холма, на который он поднялся, Дэмиен мог видеть всю деревню. Почерневшие развалины напоминали шрам на земле. На восточной стороне дым все еще поднимался над грязью вперемешку с булыжниками.

За это будет расплата. Он подумал о Регенте, находящемся в безопасности дворца в Айосе. Это нападение — хладнокровный план, организованный, чтобы опорочить тебя перед твоими же людьми. Разве Македон так мыслит? Кастор тоже так не мыслит. Это был кое-кто другой.