Возлюбленная Хаоса

Фарлиэль прекрасно представлял, чем сломить такого как я. Несколько капель крови Изгнанника, и вторая форма вырывается наружу, забирая с собой Тьму. Трое суток потрачено на реабилитацию, на собирание рассудка по крупицам. Видимо, этот и стало причиной упаднических настроений. Немного полегчало, когда я смог призвать магию, но каша в голове не давала сконцентрироваться на задаче, да и окружение в виде толстых прутьев клетки не способствовало лучшей активности. В определённый момент надежда покинула меня. И демон, нашёптывающий свои тлетворные речи, с удовольствием принял контроль.

Сложно бороться с реальным противником. А с самим собой борьба вдвойне сложней. Однако, пока демон управлял телом, мечась по клетке, у человеческой части оказалась масса времени для раздумий. По роду занятий, я часто сталкивался с различными исследованиями, и сцена на балу захватила моё сознание. Анализировал, перебирал кадры, мысленно стараясь понять, каким именно образом Фарлиэль протолкнул нас через портал. Единственные существа, умеющие перемещаться так — домовые духи. К примеру, Страж Академии. Или другие, маленькие духи, которых часто заводили состоятельные семьи избранников Стихий.

За, казалось бы, легко построенной червоточиной скрывалась тонна магии. Фарлиэлю пришлось высосать досуха невест, чтоб осуществить перемещение. И даже если использовать накопители, сама технология всё ещё оставалась неизвестной… Вот если бы…

Демон не дал мне додумать, опять вторгаясь в сознание.

«У тебя ничего не получится»,

«Ты ничтожество, Эйнар»,

«Лучше умри, Камилла тебя не достойна»,

«Дочери или сыновья? Не смеши меня, убогий…»

Раскалённым металлом выжигались слова в душе посреди разрушенной клетки. О, да. Я мечтал о детях. Пять сотен лет назад я бредил этой идеей основать с кем-то пару. Расширить свой род. И моя мать… Лучше и не вспоминать. Но как демон смел заикаться о такой болезненной и святой теме? Глупый кусок Хаоса не осознавал последствий. Он мог только разрушать, но не видел, что я создал, пока тот покрывал меня проклятиями.

Новую клетку. С ещё более замудрённым плетением прутьев, теперь они напоминали запутанную паутину, а не ровную решетку. За открытой дверью пряталась лучшая приманка. Сгусток энергии из источника. Лакомство, которому у демона не было сил сопротивляться. Пустослов быстро угодил в темницу. Рассвирепел, стукнулся справа, слева — и затих.

Оковы спали, вернув магию. Коридоры особняка Фарлиэля были почти пусты, все зеваки сбежались во двор, и я устремился туда же. Куда звало сердце, и где гудели брачные браслеты на тонких запястьях. Теневой шаг позволил скрыться от посторонних глаз. Реальность размылась и замедлилась. Нет, напротив, это моё тело ускорилось.