Чёрная вдова

Он писал и писал, тетрадку за тетрадкой, и всё это бережно складывал в надёжное место, очень переживал, что кто-то прочтёт. Доверял он только сыну моему, потому как тот, ничего ни сказать не мог, не слышал, да и люди мимо него вечно смотрели. Все свои писульки тот ему отдавал, а мой Сёма прятал. Однажды я их нашла, а там, такое, все мысли его грязные, нехристь!

Старуха перекрестилась, сплюнув в сторону.

- Я все эти тетрадки отняла да сожгла! Нечего моему мальчику туда нос совать, а этот нехристь всё писал и писал. Я всё отнимала и сжигала. А время то шло, я уж на них не работала, уехала в глушь, где над сыном не потешались, да пальцем не тыкали.

Да этот хер жабий нас и тут нашёл, всё свою писанину Сёме пихал. Потом мать его приехала, умоляла брать, что даёт, денег платила за каждый раз. И так год за годом, он привозил, я сжигала...

- Сжигали? - подал хриплый голос Север. - И не читали?

- Нет, а что там важного? Как поспал, поссал, посрал и ужасы всякие о бабах. Мать его не возражала, чтобы сжигала всё, он ведь не для чтения это пишет, а для того, чтобы с ума совсем не двинуться. Посылал всегда разных людей, разными тропками, тоже, видать, развлечение для психа было.

Сёмочка их катал по округе, выгружал книги, а я их сжигала. Только мать его сказала, что могут люди прийти за книжечками то, так что ружьё у меня есть, если что.

- Всё сходится. - тихо сказала себе под нос Кира.

- Нет! - хлопнул по столу ладонью Север. - Этого быть не может!

Он не мог смириться с поражением, когда он оказался так близко. Весь следующий час он угрожал, просил, пытался купить эту старую женщину, которой уже ничего было не надо - смерть уже была на её пороге. Кира пыталась успокоить мужа, который вышел из себя настолько сильно, что никак не мог вернуться обратно.

Всё закончилось выстрелом около его головы. Сёма, незамеченный ругающимися людьми, выстрелил в непрошеных гостей, чтобы припугнуть.

Муж одним рывком затянул жену за свою спину и быстро достал свой пистолет, направляя на мужчину с ружьём. Старуха встала между вооружёнными людьми, раскидывая руки в стороны мужчин.

- Уходите! Уходите! Христом Богом прошу, нет у меня ничего! Нет! Богоматерью клянусь, нет! - взмолилась женщина.

- Давай проверим. Что твоему сыночку отстрелить первым?

- Север! - дёргала Кира своего мужа за рукав.

- Пожалуйста, давай уйдём! Она говорит правду!

- Откуда ты знаешь? - процедил он сквозь зубы, не отводя взгляд от дула ружья, там остался только один заряд.

- Я последние семь лет своей жизни только и делаю, что вру, она не врёт! - сказала Кира, кивая на бабку.

Где-то глубоко внутри Север понимал это, знал, что всё кончено, тайна гибели его семьи останется тайной. И он не мог с этим смириться! Нет!

- Север! Я жить хочу, и ты должен! Давай уйдём, пожалуйста! - умоляла жена, стоя позади него.