Врач от бога

– Агния Кирилловна? – отозвался он после первого же гудка. Голос звучал бодро, словно сидел с трубкой в руке и ждал звонка.

– Андрей Эдуардович, мне сейчас позвонила Светлана Коржикова и сообщила, что сегодня опознала тело Сергея Афанасьева! – выпалила я.

– Да, я в курсе, – ответил он после непродолжительной паузы.

– Я поговорил с одним своим приятелем в милиции, попросил проверить по городу неопознанные трупы, поступившие примерно в то время, когда исчез Афанасьев. Его нашли в лесополосе недалеко от аэропорта. Как выяснилось, всем своим знакомым он сообщил разную информацию о том, куда направляется, а на самом деле собирался домой, в Новосибирск – видимо, хотел пересидеть.

И не доехал.

– Как… убили Афанасьева? – спросила я.

– Монтировкой по затылку. Потом оттащили в глубь леса. Не стали сильно утруждаться захоронением и просто присыпали землей, на следующий же день труп обнаружили охотники.

– Вы хоть понимаете, что это означает? – спросила я дрожащим голосом.

– К сожалению, да. Смерть журналиста, может, конечно, оказаться совпадением. Возможно, Сергей одновременно работал над несколькими статьями, и наша проблема не имеет отношения к его смерти.

В любом случае все, что нам известно о последней работе Сергея Афанасьева, я передал следователю, занимающемуся его убийством. Однако если это не так, то мы имеем дело не просто с медицинской или фармацевтической проблемой и не с халатностью на производстве, а с хладнокровным убийцей (или убийцами), который пойдет на все ради достижения своей цели.

– И какова же эта цель?

– Ну, боюсь, это не самый короткий разговор, – вздохнул Лицкявичус. – Полагаю, было бы правильно, если бы вы набросали на бумаге все, что успели выяснить.

Я, в свою очередь, сделаю то же самое, а потом, когда вы приедете, мы попытаемся свести все воедино и, возможно, придем наконец к какому-то выводу.

– Я смогу приехать не раньше чем через пару дней, – сказала я.

– Вот и отлично, – ответил Лицкявичус и отключился. Эта его манера заканчивать разговор не могла не раздражать!

Едва дождавшись конца рабочего дня, я наконец вырвалась на улицу. Причиной моего нетерпения была информация о том, что единственная выжившая жертва последних трех отравлений пришла в себя в больнице.

Об этом сообщила Вика, отслеживающая состояние пациента по приказу Лицкявичуса, и я решила непременно съездить и побеседовать с этим человеком. Звали его Антоном Перовым.

– Надо же, – сказала дежурная сестра, оказавшаяся пожилой женщиной, – вы первая к нему пришли! Между прочим, мы предлагали ему позвонить родне, но он сказал, что таковой не имеется. А вы…

– Я – знакомая, – ответила я, не желая вдаваться в подробности.

– Вряд ли, – с сомнением заметила женщина.