Время жить. Пенталогия (СИ)

 — Ты откуда? Прямо из Лимеолана? (Лльечи вяло кивнул и снова скрипуче прихихикнул.) Давно? Что там? Что с моими, ты знаешь? Чего молчишь?!

— Твои все мертвы, — механически спокойно сказал Лльечи. — А города больше нет. Его пришельцы сожгли.

Он замолчал, и Ворро в нетерпении дернул его за рукав.

— Почему мертвы?! Ты что, видел, как они погибли?! Как?!

— Твоя мать умерла за день до войны, — сонно и безучастно произнес Лльечи. — Так шла себе по улице, бах — и нету. Инфаркт. Тебе телеграмму отправили, с нашей почты.

— Никакой телеграммы я не получал! — перебил его Ворро. — Дальше!

— А что дальше? В первый день город почти не бомбили, не, только порт.

Ты никак не откликался, поезда уже не ходили, твой отец и не стал откладывать похороны. Назначил их на семнадцатое. Все твои родственники у него собрались. Много-много. На нашу парковку залезли, хи-хи. А шестнадцатого вечером — налет! Страшный! Я в подвале спрятался. А когда вылез, дома нет, ничего нет, а вместо твоего дома — воронка! Большая-большая. И машины все разбило, одна ваша осталась. Я на нее сел и поехал. Ехал-ехал, а до безопасного коридора так и не доехал, хи-хи. Все мосты через Таране разбомбили, ну прямо все! А потом услышал, на Нэтави есть бензин. Вот и приехал. А тут налет! И я сижу здесь, хи-хи, а ты все по небу летаешь. Даже сюда прилетел, хи-хи.

Лльечи снова замолчал. Ворро пристально посмотрел на него.

— Ты ведь врешь все, Лльечи. Правда, врешь?! У тебя всегда была слишком бедная фантазия, чтобы складно врать! Зачем ты это делаешь, Лльечи?!

— А зачем ты так хочешь знать правду?! — неожиданно обозлился Лльечи. — Твой отец, твоя мать, твои родственники мертвы, и какое тебе дело, как это случилось? Ты летаешь в небе, ты так легко можешь улететь отсюда.

Ты такой чистенький, нарядный! Зачем ты так хочешь испачкаться в грязи, хи-хи? Они все умерли, этого достаточно.

— Нет! — Ворро схватил Лльечи за грудки и яростно встряхнул. — Мне недостаточно! Я хочу знать, знать до конца, что с ними случилось! Даю тебе два часа, и если когда я вернусь, ты не расскажешь мне все правдиво и честно, я вытрясу из тебя дух! Ты знаешь, я это сделаю!

Ворро отшвырнул в сторону Лльечи и, не оборачиваясь, поднялся в кабину. Посадка уже заканчивалась. Люди внутри самолета стояли, прижавшись друг к другу, как в переполненном трамвае, но для нескольких десятков человек места уже не было.

Мрачный и молчаливый, Ворро поднял помост и запустил двигатели. Остающиеся махали ему вслед. Вскоре аэродром Нэтави — узкий язык летного поля посреди заросших камышом болот, длинный ангар и несколько деревянных построек — совсем скрылся за пеленой низких серых облаков.

Ворро продолжал задумчиво молчать и на обратном пути.

— Ты не веришь, что твои родители погибли? — наконец спросил его Неллью.