Время жить. Пенталогия (СИ)

Нищим, вообще, быть плохо, особенно на чужбине.

— Но так или иначе, вы все равно хотите покинуть страну? — уточнил дед Тимо.

— Вы можете предложить что-то взамен? Или вы считаете, что от пришельцев можно отсидеться в лесу? Мне кажется, это наивно. Рано или поздно, но они доберутся и сюда.

— Не считайте пришельцев сильнее и опаснее, чем они есть, — строго заметил старик. — То, что они так легко разбили и сломили нас — не их сила, а наша слабость.

— То, что мы оказались совершенно беззащитными с воздуха?

— Нет. То, что мы оказались слишком уязвимыми на земле.

Нас погубили не пришельцы, а мы сами. Наш страх перед неизвестным, эгоизм, агрессивность, глупость и подозрительность, а в первую очередь — наша знаменитая философия: «Умри ты сегодня, а я — завтра».

— Выходит, бомбы даже не при чем? — фыркнул Ворро.

— Во время войны тоже были бомбежки, но тогда никто не срывался с места, чтобы бежать в нейтральный Солер.

— Нашли, с чем сравнивать! Да видели бы вы, что осталось от Тарануэса! Нам нечем сопротивляться вторжению пришельцев, и единственный способ спастись — это бежать туда, где их пока нет! Можете считать меня кем хотите, но я не намерен подыхать здесь, на родной земле, если есть возможность оставаться живым за границей!

— Не понимаю, почему вы называете нападение пришельцев вторжением? — недовольно пожал плечами старик.

 — Вот когда Барганд напал на нас с трехмиллионной армией, это — да, было вторжением. Еще никто ничего никогда не захватывал одними бомбовозами и танками, которых, насколько я понял, у пришельцев не так уж и много! Это можно назвать террором, разрушением, акцией устрашения, но никак не вторжением! А эти фарсовые договоры с горданцами, пресловутые коридоры и зоны безопасности — да кто так вторгается?! Все это рано или поздно кончится просто потому, что изначально не может продолжаться до бесконечности!

— Это все было вступление? — поинтересовался из своего угла Неллью.

 — Вы хотите убедить нас остаться?

— Хочу! — старик широко улыбнулся. — Двое моих помощников неделю назад уехали в город, но так и не вернулись. Я уже пожилой человек, мне трудно одному вести хозяйство и одновременно проводить научные исследования и наблюдения за птицами и животными в заповеднике.

— Какие наблюдения?! Какие исследования?! — засмеялся Ворро. — Да кому теперь это нужно?! Впрочем, нет, я понял! Это нужно вам! Чтобы вы, сидя здесь лесным отшельником, могли сказать себе, что не просто прячетесь от пришельцев, а продолжаете свою работу. Верно?

— Верно, — не стал спорить старик. — Но не главное. Я веду научную работу в заповеднике вот уже тридцать лет, и не вижу причин, чтобы прерывать ее из-за каких-то пришельцев!

— Здорово! — восхитился Ворро.