Время жить. Пенталогия (СИ)

Как минимум, дважды он обошел вокруг выстроенной у ворот бригады, придирчиво оглядел их, чуть ли не обнюхал и, очевидно, удовлетворенный осмотром (после санобработки бригада благоухала как молодая весенняя роща, а их рабочая одежда, по-прежнему оставаясь старой и рваной, по крайней мере, стала чистой), буркнул их конвоиру что-то одобрительное.

— Наконец-то, — проворчал Собеско с явным облегчением.

Походы туда и обратно на голодный желудок изрядно утомили его. Теперь хотелось, чтобы все поскорее закончилось — все равно, чем.

Однако пришельцам и в этот раз не удалось договориться. Офицер с тремя треугольниками после короткого спора что-то сказал собеседнику, вполне по-человечески развел руками и снова скрылся в проходной, захлопнув за собой дверь. «Их» пришелец, мрачно проводив его взглядом, с досадой хлопнул ладонями по бедрам, а затем, повернувшись к филитам, устало махнул им рукой — пошли, мол, назад. Пистолет он уже и не вытаскивал.

«Издевается, — сердито думал Собеско, пока они тащились обратно по своим следам. — Да нет, впрочем, это не издевательство. Просто пришелец считает нас не людьми, а скотом или, скорее, машинами. Как они назывались в той книжке, роботами, что ли?… А интересно, есть ли у пришельцев роботы? Нет, наверное. Иначе им вряд ли были нужны мы. А вот какие-то рабы у них есть наверняка, уж очень привычно они с нами обращаются…»

— Плохо не знать инопланетные языки, — негромко сказал бредущий рядом Даксель.

— Что? — Собеско сбился с мысли.

— Говорю, плохо, что мы не знаем языка пришельцев. Мы не понимаем их, они — нас. Мы даже не в состоянии уяснить, что происходит.

— Ты думаешь, тебе бы очень помогло, понимай ты их язык? — хмыкнул Собеско. — Они чужие, совсем чужие. Они совершенно не такие как мы. Да и ты что, думаешь о чем-то с ними договариваться?

— С горданцами они как-то договорились, — заметил Даксель. — И ты не прав, Кен. Они не настолько отличаются от нас. У нас и у них очень похоже выражаются эмоции, и я уверен, что мы бы смогли понять их логику, если бы понимали их речь. Да и будь они хоть десятиногими тараканами, но раз у них есть какая-то общественная структура, есть родственные или дружественные связи, есть иерархия, все эти отношения укладываются в известные нам схемы. Понимаешь, Кен? Их начальники, наверняка, так же как и у нас поощряют или наказывают подчиненных. Их различные службы наверняка соперничают и интригуют друг против друга. У них есть какие-то законы, привычки, традиции, которым они подчиняются. Я уверен, если бы мы понимали, о чем только что говорили два пришельца, мы бы поняли, почему они не договорились ни в первый, ни во второй раз.

— Пусть так, — пожал плечами Собеско. — Но что это тебе дает?

— Узнаю военного, — засмеялся Даксель.