Время золотое

 – Нам сейчас предстоит обсудить, с какими идеями и предложениями мы пойдем на президентские выборы и что пожелаем нашему кандидату Федору Федоровичу Чегоданову, чтобы он непременно победил на выборах.

Директор поведал о заслугах Чегоданова перед Россией в его первые президентские сроки. Осторожно порассуждал о трудностях нынешнего политического периода. Повторил известную Бекетову историю о Су-34 и о роли в этой истории Чегоданова. И предложил собранию присылать записки и высказываться.

Первым вышел на сцену господин с седоватыми бакенбардами и пышными усами.

На его груди красовалась лучистая звезда, напоминавшая ордена царских вельмож. И он сам своей величавой осанкой и благородным ликом был похож на императора Александра Второго.

– Господа, мы, разумеется, поддержим Федора Федоровича Чегоданова, но, прежде чем создавать единый народный фронт, я бы желал понять, с кем я образую этот самый единый фронт. Пускай в него входят коммунисты, но пусть они отрекутся от Ленина. Мы, монархисты, не можем сотрудничать с теми, кто возвеличивает цареубийцу, восхваляет богохульника и святотатца, который приказал вешать священников, нанес страшный удар нашей матери, православной церкви, а значит, и всей России.

Недаром Господь наслал на Россию Гитлера, чтобы покарать народ за богоотступничество. И по сей день гнев Господа на нас. Отрекитесь от своего кровавого вождя, господа коммунисты, и я подам вам руку! – Он эффектно показал залу свою белую большую ладонь, сверкнул лучистой звездой и сошел в зал.

На сцену поднялся худощавый человек, с утомленным, пепельного цвета, лицом.

Мучительно улыбаясь, обратился в зал, туда, где мерцала звезда предыдущего оратора:

– Я историк, а не богослов. Но позволю себе заметить моему коллеге, что удар большевиков по церкви можно рассматривать как кару Господа за прегрешения этой самой матушки-церкви. Потому что к началу XX века церковь потеряла огонь веры, стала сытой, тучной, равнодушной к народным бедам. Вспомните картину «Чаепитие в Мытищах» или «Крестный ход в Курской губернии».

Народ отвернулся от церкви, без всякого сожаления закрывал храмы и сбрасывал колокола. И если следовать логике моего коллеги, то именно большевики вернули церкви ее пламенную роль. Каждый убитый священник стал святомучеником, и сонм новомучеников вымолил у Бога победу над Гитлером. – Он сходил со сцены под ропот одних и аплодисменты других.

Слово взял священник, в облачении, с золотым крестом. У него была рыжая огненная борода, нежно-розовое лицо и бледные голубые глаза.