Время золотое
Кто-то из богомольцев хватал их за руки. Они вырывались, визжали, хохотали. Елена видела их блестящие зубы, раскрашенные лица, голые подскакивающие ноги. Их вытащили из храма. Охранники окружили стеной святыню, оттеснили очередь. Пение смолкло. В храме стоял нестройный ропот смятения и ужаса. Елене казалось, что в воздухе повисла мгла и витали кольца желтого дыма.
Угнетенная, Елена шла по Остоженке к месту, где оставила машину. В храм ворвалась панк-группа «Бешеные мартышки», которая участвовала в протестных маршах и митингах. Теперь же чьей-то злокозненной волей была направлена в храм, где совершила святотатство.
Рядом с ней затормозил огромный черно-стеклянный автомобиль. Стекло опустилось, и Елена увидела красивое женское лицо, ворот норковой шубы, бриллиантовые серьги и сверкающие темные глаза.
– Вы Елена Булавина? Прошу вас, садитесь.
Дверца приоткрылась, и Елена, повинуясь сверкающим зовущим глазам, села в автомобиль, рядом с женщиной.
– Меня зовут Клара. Мы мельком встречались в Кремле, когда там работал господин Бекетов. – Женщина вела машину, и Елена видела на руле ее холеные, в перстнях руки. – Я хотела вас повидать. И, видите, случай помог. Мы живем в ужасное время. И вы, и я, мы вовлечены в чудовищные игры, которыми тешут себя мужчины. Желая друг друга уничтожить, они уничтожают нас, надеясь таким образом подорвать соперника. Я присутствовала при одном разговоре, из которого поняла, что вам грозит опасность.
Машина остановилась. Елена, не сказав ни слова в ответ, вышла в сверкание морозного вечера. Джип исчез, как видение.
Из Новосибирска Бекетов полетел в Волгоград, где его ожидали встречи с директорами оборонных заводов. Он хотел заручиться поддержкой технократов на предстоящих президентских выборах. Но помимо этой очевидной политической цели была и другая, потаенная, личная. Под Сталинградом в сорок третьем году, в ночь на Рождество, погиб его дед, тридцати трех лет от роду.

















