Все ради тебя (СИ)

Но больше всего он хочет утопить другое чувство — страх и беспокойство за своего лучшего друга, чьи дети попали в сложную ситуацию. Оба его ребенка.

Только не будь, как твой сухой папаша, Натан…пожалуйста, не будь им. Ты же помнишь, к чему приводит тишина. Ты помнишь, как ломают цепи и ограничения…

Я не знаю, что чувствую по отношению к своему родному городу. Когда-то давно он для меня был наполнен счастьем, потом оно сменилось на обиду и разочарование. Дальше пришел страх вместе с диагнозом мамы, а затем наступила какая-то безграничная боль, которая накатывала волнами, но не проходила.

Оно до сих пор не прошла, если честно. Я часто вспоминаю маму, а оборачиваясь понимаю, сколько же она в жизни всего упустила. Если бы она уехала из этого города, а не ждала его всю жизнь? Сложилось бы все иначе? Заболела бы она? Я не спец в судьбе и прочих потусторонних материях, поэтому стараюсь не думать об этом, но каждый раз задаюсь рядом неприятных вопросов, как только вижу огромные буквы с названием нашего городка.

Вот прямо как сейчас.

Чуть сильнее сжимаю руль из светлой кожи какого-то бедного теленка, слегка хмурюсь. За долгие годы с тех пор как я здесь была, ничего так и не изменилось. Даже буквы эти чертовы никто не покрасил, словно намеренно добавляя в копилку еще пару причин считать это место полным безнадеги.

По памяти перестраиваюсь вправо, ведь прекрасно помню, как Адам матерился, когда попал в яму левого ряда, которую, уверена, никто так и не заделал.

Хмыкаю. И правда, вон же она. Стала еще больше, неумело присыпана песком, отчего становится как-то досаднее. Наверно, этот город мог бы быть шикарным, если бы кому-то было дело, да? Но его никогда не было. Единственное шикарное место — это правый берег нашей речки, на котором построены шикарные коттеджи, да пара ресторанов, которые держат кто-то из верхушек власти. Все. Ой, нет, подождите! Главная улица! Конечно! Она здесь действительно шикарная. Рассекает город на две части как нож масло, а начало берет у огромного здания. Это дворец творчества юных, там же находится наша библиотека, а еще мэрия, но это уже другая история. Важное для меня — это два первых назначения: творчество и библиотека.

Ко всему этому приложила руку моя мамочка.

После того как она окончила университет, мама работала учителем рисования и библиотекарем во вторую смену. Именно она насобирала книг, чтобы дети хоть чем-то занимались, а еще именно она создавала кружки и занималась их развитием. Мама всегда считала, что в бандитство ребята идут не потому, что «все идут», а потому что больше заняться, по сути своей, им просто нечем! Вот…пыталась как-то исправить ситуацию, и мне кажется, что это снова в каком-то смысле касалось отца.