Второй в спорте, третий в любви? (СИ)

А еще, сложно не заметить, что Славе очень нравятся подобны ласки.

О том, что его красивую девочку в таких же недоступных для посторонних глаз местах, ласкал еще и Семакин, тренер старался не думать. По непонятным для него самого причинам, мысль, что он у Славы не единственный, все больше отравляла удовольствие от любовных утех. Никита привык во всем быть первым. А тут он даже не второй, а выходит, третий.

Потому хотелось сделать для маленькой задиры хоть что-то такое, чего не делал никто. То, что куни девушка любит, но подобными ласками ее не балуют, тренер просто догадался.

Об Ане и Жене разговор по безмолвному согласию не велся вообще.

Именно по этой причине Никита почти всегда начинал любовные игры с оральных ласк, а дальше уже как пойдет.

Но ответной реакции хотелось просто немыслимо. Фантазии о маленьком язычке белокурой красотки, ласкающем его член, никуда не делись. А как же хотелось засадить ей в попку! Но то, как девушка напрягалась каждый раз, едва разговор заходил за анал, не оставляли просторов для фантазии — кто-то до него сделал Славе очень неприятно, если даже не больно. На минет задира не отвечала столь категоричным отказом.

Хотелось узнать, что же такого случилось у девушки, что она столь ограничена в постели. Но останавливала мысль, что он узнает об интимной жизни Славы и Жени больше, чем хотелось бы. А еще было страшно, что рассказ слишком впечатлит, и Никита рванет бить другу морду. Не в первой ведь.

— Еще разочек или сначала поедим? — приведя дыхание в норму, спросил Никита у такой же приходящей в себя девушки.

Слава рвано дышала, прижавшись к его боку. До чего же приятно ласкать мягкую загорелую попу, пока оба пытались отойти от яркого оргазма.

Никита усмехнулся, потянулся к телефону и начал набирать номер, а затем остановился и спросил:

— Пицца, суши, гамбургеры, тайская еда? Ресторанная еда на вынос? Или все же ша-ур-ма?

Слава звонко рассмеялась, спрятав лицо на его груди, а Никита вдруг осознал, что за каких-то недели две тайных встреч, им есть что вспомнить. Взять ту же шаурму. Пришлось ехать посреди ночи и искать где бы полакомится восточным блюдом, потому что Слава просто изнывала от желания съесть хоть кусочек лаваша с сочной начинкой. Правда, все старания были не напрасны.

Взяв себе по шаурме, молодые люди сели кушать в машину. Никита, конечно, такое не приветствовал, но столик для еды возле ларька был на улице. А ночью в декабре, мягко говоря, не тепло. И все бы ничего, но соус потек у Никиты по подбородку. А Слава решила слизать капельку, а не помочь вытереть. В итоге, парнишка, работающий в ларьке с шаурмой, явно слышал, как Яра стонала от оргазма. А затем краснел, когда молодые люди вновь зашли повторить заказ. Предыдущую шаурму есть уже было нельзя, а голод усилился стократ.