Выйти из боя

Девушка вынырнула из заскорузлого комбинезона и принялась стягивать с себя остатки гимнастерки. Распавшаяся на отдельные куски бывшая форменная рубашка местами просто прилипла к телу. С ненавистью отдирая от себя ветхие клочки, Катрин зашла по колено в воду. Уф, хорошо как! Пряча почти незагорелую, сияющую попку, девушка погрузилась, проплыла несколько метров, окунулась с головой. Хотелось бы хоть каплю шампуня.

«И фен, и так далее… Ты и вправду до Берлина дойти собралась?»

Ноги вязли в илистом дне, но выходить из прохлады все равно не хотелось. Катрин повернула к берегу.

Храбрые лягушки неохотно уступили дорогу, глазели с неодобрением.

Катрин ступила в комбинезон, начала натягивать. Грязная грубая ткань царапала кожу. Хуже, чем кольчугу на голое тело напяливать. Катрин дернулась — на нее смотрел Любимов.

— Ты чего? — возмутилась девушка, с некоторым опозданием поворачиваясь спиной. — Эротики в жизни не хватает? Вылупился…

— Я это… думал, умываешься, — лейтенант выглядел искренне ошарашенным, и Катрин смилостивилась.

— Думай, глядя в другую сторону, — потребовала она, извиваясь в попытках засунуть руки в рукава.

Любимов торопливо отвернулся, охнул от боли в боку.

Катрин, наконец, втиснулась в рукава, с облегчением начала застегивать ремень.

— Катя, а ты… — нерешительно начал лейтенант.

— Если ты насчет отсутствия моего нижнего белья, то это трагическое стечение обстоятельств. Следствие вероломного нападения немецко-фашистских захватчиков.

— Да нет. Извини, у тебя правда на руке наколка? Ты что, оттуда?

— Откуда? С зоны, что ли? Нет. Вряд ли там так рисуют.

— Ты, Любимов, наверное, выздоровел, если искусством интересуешься.

У меня не Третьяковка. — Катрин без особой охоты закатала рукав.

Лейтенант смотрел, смотрел, потом глаза его начали обморочно расширяться.

— Тихо, — девушка придержала его за гимнастерку.

— Засасывает, — озадаченно прошептал Любимов. — Никогда такого не видел. Там правда сказочный замок и феи есть?

— Там все что хочешь имеется, — вздохнула Катрин. — Ты чего пришел? Спинку мне потереть?

— С мостом глухо. Думаем в объезд двинуть. Километров тридцать, но, наверное, быстрее будет…

Катрин с предчувствием пытки обулась. Мокрый пластырь держался плохо.

Вот дура, — сначала надо было водные процедуры проводить, потом лечение.

Лейтенант обернулся на далекое жужжание. Отсюда, от реки, открывалась широкая панорама. Едва различимые самолеты шли на запад. Вроде бы бомбардировщики, но чьи — не разглядишь.

— Поехали, пока кто-нибудь из них сюда не завернул, — сказала Катрин. Она чувствовала некоторую вину за несвоевременное купание.

— Значит, объедем через Темчино, — сказал лейтенант, аккуратно пристраивая на плечо винтовку. — Водитель вроде дорогу знает.