Декадент

Его рыжевато-коричневые брови сошлись над глазами, настолько синими, что они казались черными. Пытка. Эмоциональная пытка. Все это было написано на его лице.

- Несмотря на то, что я вел себя по отношению к тебе как настоящий мудак, ты все еще предлагаешь мне помощь. Если бы только я был лучше, чем есть на самом деле...

Он остановился, очевидно не желая заканчивать эту мысль.

- Ты не можешь помочь мне, котенок. Я выкопал собственную могилу двенадцать лет назад.

И с тех пор он похоронил себя эмоционально. Он не сказал этого, но Кимбер знала. Она могла поклясться, что он не кончит, пока Люк не появится в комнате, именно поэтому он предпочитал в отношениях менаж.

Что-то случилось с ним, когда он был подростком, что-то, что все изменило.

- Расскажи мне, что произошло.

Рассмеявшись, он посмотрел на нее так, словно она сошла с ума.

- Копание в прошлом ничего не изменит.

- А может, и изменит. Я провела время наедине с Люком, теперь же я хочу провести его только с тобой. Но это… между нами есть препятствие.

- Так всегда будет. Если небольшая армия терапевтов не смогла стереть мою проблему, то ты, сидящая тут только в трахни-меня юбке и слушающая мои рассказы о прошлом, уж точно не «исправишь» меня.

Ты будешь только соблазнять меня взять то, что я не должен, и как бы ни было божественно оказаться глубоко в тебе, это не воскресит мертвых.

Она не совсем поняла, что именно он имел в виду, но быстро сообразила, что каким-то образом секс и смерть были связаны вместе, и он чувствовал ответственность за это, словно в греческой трагедии. И с тех пор Люк стал его сторожевым псом и опорой.

Выругавшись, Дик засунул свой член обратно в штаны и, застегнув молнию, направился к двери.

- Стой! - крикнула Кимбер, даже не зная что сказать.

В какой-то момент она могла поклясться, что он продолжит идти. Но он обернулся.

- Что? - прошептал Дик, словно не он кричал всего несколько минут назад.

Кимбер уставилась прямо в его измученный взгляд. Печаль и чувство вины отразились на его лице, создавая картину абсолютного страдания. Он нуждался в ком-то, кто будет заботиться о нем, беспокоиться за него. В ком-то, кто даст ему второй шанс.

С трудом сглотнув, но не отводя от него своих глаз, она, пригвоздив его серьезным взглядом, легла на спину и, задрав юбку, слегка раздвинула ноги, позволяя своей руке скользнуть вверх по своему животу до груди.

Голубые глаза осветились жизнью, и она улыбнулась.

- Займись со мной любовью.

***Четыре слова. Всего четыре слова потребовалось от Кимбер, чтобы его член оказался в огне. Она возродила то странное чувство в его груди, с которым он боролся весь вечер.

- Ты не хочешь этого.

У него не нашлось другого аргумента, чтобы отклонить ее предложение. Голая, сексуальная, она была так прекрасна, лежа перед ним с раздвинутыми ногами.