Выпускной. В плену боли (СИ)

В школе пока мы все ждём экзамена, он молчалив и угрюм, и даже яркая Милена для него словно пустое место. Обычно он разговорчив, сыпет остротами, а теперь что? Он словно живая статуя, хоть и очень красивая.

Может, у него день такой вот? Но и тут я ошиблась, потому что все остальные три экзамена он точно такой же. Я не могу не думать об этом постоянно. Тихонько расспрашиваю мать о семье Одинцовых, но она ничего не слышала. И никто не слышал. А спрашивать в открытую будет слишком подозрительно.

Можно было бы, конечно, спросить у него самого, но он настолько в себе каждую встречу, что я просто не решаюсь. Но, наверное, во время выпускного будет уже не так страшно, потому что я знаю, что этот день последний, когда мы видимся. Потому что дальше наши дороги разойдутся навсегда.

Экзамены прошли быстро, результаты никого не удивили. Я получила свои положенные семьдесят балов по каждому из предметов. Так же, как и Демьян никого не удивил своими девяносто. Зато теперь я получу аттестат и шанс на новую жизнь вдалеке отсюда. Шанс, да. Если отец не решит, что уже завтра я обязана расписаться с Гришей под страхом смерти.

В день выпускного, мама, наверное, впервые в жизни берётся за мои волосы сама. Я знаю, что плетёт она хорошо, но с удивлением отмечаю, как ловко её пальцы делают из моей соломы корону. Она даже где-то нашла блестящие шпильки, которые и закрепила в причёске, придав ей настоящее сияние. Оно отлично сочетается с моим светлым платьем, из-за которого я не высыпалась последние несколько дней. Мне хотелось хоть раз в жизни, хоть один день в школе надеть что-то по-настоящему красивое. Лёгкое, струящееся, такое, чтобы он заметил. Нет, нет, я, конечно, делала это не ради Демьяна, мне было на него плевать, но вдруг однажды в своей холодной Европе, трахая очередную девушку, он бы вспомнил моё платье, меня и мой не озвученный ответ. Я часто думала, что бы мы могли делать этот месяц. Тайно встречаться, так же прижавшись к дереву растворяться друг в друге, кататься по ещё влажной траве совершенно обнажённые, бежать под дождем и падать со смехом в пруд. Думала, да. Слишком часто даже. Непозволительно для той, кто пробовал его губы всего лишь раз.

— Какая же ты красивая, Ася, — вздыхает мама, когда появляюсь в своём платье. Отца ещё не было сегодня, и я очень надеюсь, что я успею уехать раньше, чем он появится.

— Красивая, да, повезло, что иду без синяков.

— Молчу, молчу, — смотрю на её намечающийся живот. – Ну, ничего, совсем скоро ты родишь новое поколение для развлечения отца. Наверное, мне нужно сказать спасибо, что он меня не насиловал.

Нарываюсь. Мать впервые, но всё же даёт мне пощёчину.

— Отец бы никогда на такое не пошёл! Не делай из него зверя! Он просто воспитывает вас!

— Проблема в том, мам, — поворачиваю к ней горящее лицо.