Выпускной. В плену боли (СИ)

Как я, всегда тихая и незаметная, вдруг оказалась в эпицентре урагана?

— Милена, блядь, — пытается её отодрать от меня Демьян, пока остальные просто светят в глаза вспышками.

— Ты пожалеешь, ты пожалеешь, сука, что вообще на него посмотрела!

Он, наконец, силой отрывает её от меня, но платье уже в клочья. Видны только старый лифчик и огромные трусы в горошек.

— Ой, бля, Демьян, ты точно хочешь трахать это? — задаёт вопрос Рязанцев, а я прикрыться клочками ткани пытаюсь. Нет, нет, нет, этого не было, этого не могло произойти, это просто кошмарный сон.

Слёзы даже не текут, я просто не могу поверить, что это не сон, что это происходит со мной.

— Что тут происходит… Одинцов…

— Всё нормально, — на его щеках красные пятна от ладоней, он снимает пиджак, бросает мне, резко и с размаху бьёт лучшего друга, так что тот падает.

— Одинцов?! Я буду вынуждена…

— Вставай, чего разлеглась, — дёргает он меня на себя и просто тащит вдоль улюлюкающей толпы… Я сбиваюсь, падаю на колено, но он продолжает меня тащить, словно непослушную скотину.

— Хочешь туда вернуться? – орёт он в ответ, а я головой качаю, но руку всё равно вырываю и просто иду мимо него, утопая в пиджаке, что прикрывает мне бедра. Прикрывает мой позор. Только сейчас приходит осознание, что произошло, что я натворила. Отец узнает. Он меня просто убьёт, или уже завтра отдаст на воспитание семье Гриши.

— Ася! – это он бежит за нами. – Ася, стой!

Он почти догоняет, касается моей руки и тут же получает удар в солнечное сплетение.

— Зачем?! — хочу к Грише склониться, но Демьян просто тащит меня дальше. – Да отпусти ты меня! Это всё ты виноват! Ты не представляешь, что теперь со мной сделают!

— Поехали, по дороге поговорим.

— Никуда я с тобой не поеду! Ты меня опозорил!

— Я тебе платье не рвал!

— Ты меня поцеловал!

— А ты не сильно сопротивлялась!

— Зачем ты вообще пришёл, мне теперь домой нельзя, или отец уже сюда едет…

— Так его боишься? Что он сделает-то? Да что ты ревёшь?! Эти придурки больше никогда тебя не увидят!

— Аттестат. Мне нужен аттестат.

— Ща, — он открывает мне машину. – Садись, я принесу.

— Я не сяду, — начинаю говорить, но он просто толкает меня в машину и закрывает её снаружи. Я дрожу всем телом, но тепло салона, а главное уединённость делают своё дело, возвращают утерянное равновесие. Правда это помогает ненадолго, потому что я вижу, как вдали Грише помогает подняться дядя и ведёт его в свою машину, садится и уезжает. А значит, уже через десять минут всё будет знать отец.

Я не могу поехать домой. Только не сейчас. И здесь оставаться не могу, отец наверняка уже мчится сюда, чтобы наказать за позор. За мою собственную глупость, попытку стать другим человеком.

По спине ползёт холодок, окутывает всё тело, заставляя мёрзнуть даже в тёплом салоне.