Выпускной. В плену боли (СИ)

Если сильно большая доза и убить может, — дышу через тряпку, но бесполезно, пары и запах уже проникают в меня, отравляют кровь, заставляют пространство менять, растягиваться, сжиматься…

Я закрываю глаза, проваливаясь в водоворот сознания, все глубже и глубже, словно на самое дно океана, где нет ничего… Сквозь темень открываю глаза и вижу дерево с толстыми ветвями, что колышет ветер, а солнце играет красками на сочных зеленых листьях. Возле дерева сидят двое детей… Худой мальчик с черными волосами и светловолосая девочка.

— Мы правда самые лучшие друзья, да? Ты в школе всем это скажешь?

— Конечно всем скажу. Так ты покажешь? Ну… Что у тебя под юбкой.

— Покажу. Если ты покажешь.

— Давай только на раз, два, три.

Перед глазами темнеет, но я снова на том же месте, только тут пусто… И даже дерева больше нет. Только большой пень и на нем девушка рыдает.

— Ась… Ася! — зову ее, но она не слышит, лишь горько плачет… Пока вдруг к ней не прибегает тот самый парень, обнимая ее и пряча лицо на своем плече.

Проваливаюсь дальше, оказываюсь в своей комнате, смотрю на кровать, а на ней Ася… В момент выпускного. Платье еще целое. Волосы заплетены в косу. На губах играет таинственная улыбка.

— Я так ждала этого…

— Волнуешься? – говорю не своим голосом, но ближе подхожу. Снимаю заколку, распускаю волосы.

— Немного… Хотя мы столько всего делали, что лишение девственности всего лишь рубеж…

— Мы пройдем его вместе…

— Да, вместе. Вместе нам ничего не страшно.

— Вместе нам ничего не страшно, — шепчу, накрывая сочные губы, толкая девчонку на кровать, и раздвигая ноги. Я так долго ждал… Так долго терпел… Еще немного. Еще чуть — чуть…

— Я люблю тебя, Демьян. Так люблю…

Только расстегиваю ширинку, как кто – то начинает меня трясти. Открываю глаза и испуганно кричу, когда вижу перед собой кошмар. Реальную Асю. В моей гнилой реальности. С синяками на лице, с пятнами засосов на шее.

— Долго я был в отключке? — отворачиваюсь, шумно дышу. Я снова хочу туда. К той Асе, которая не видела меня слабым, беспомощным, насильником. К той Асе, которая любит меня… К той Асе…

— Не знаю. Я сама только очнулась.

— Бабушку видела. Знаешь, она пока жива была, держала отца в узде. Она не была с ним доброй, скорее наоборот, но меня она любила больше всех на свете. Берегла. С ложки кормила. Молитвы со мной учила. Хочешь прочитаем одну…

— А я прочитаю… Может бабушка услышит и поможет. Может бабушка придет… — Она собирает руки в молитвенном жесте и начинает читать молитву, пока я стряхиваю голову, пытаясь развеять остатки дурмана, а может наоборот впитать его в снова, вернуться в свою спальню, к той, что люблю…

Я оборачиваюсь кругом, рассматривая коробки, забитые всячиной, даже коробку с эротическими игрушками, которую мы не использовали и на половину.