Выпускной. В плену боли (СИ)

— Мм… Давай, — тянет он меня к себе ближе, а вальс превращается в медленный и чувственный… Меняется настроение вместе с музыкой. Мы почти соприкасаемся носами, смотрим друг на друга долго, пристально. Порой невольно, а порой нет, касаемся губами… Поцелуи. Их не было в списке. Наверное, они не возбуждают нашего маньяка, но как же будоражит это короткое соприкосновение. Словно случайное, словно понарошку. Словно мы дети и еще ничего не было…

— Давай представим, — шепчу я, сбиваясь с шага, — что ничего этого не было, а это наш первый поцелуй.

— Поцелуй всегда прелюдия…

— Нет. Вот именно сейчас поцелуй это просто поцелуй. Поцелуй ради поцелуя.

— Скукота, — фыркает Демьян, но подтягивает меня к себе ближе и обхватывает нижнюю губу, отпускает. Повторяет снова. Скользит языком, дарит свое дыхание. Целует мягко, нежно, словно в первый раз… Вот таким должен был быть наш поцелуй, а не тот в машине, быстрый рванный. И секс первый мог бы быть другим, будь мы другими… будь все иначе… Может быть скажи я Демьяну раньше о своих чувствах, наберись смелости… А сейчас остается только фантазировать и бояться, что вот-вот под ногами разверзнется пол и мы провалимся в пропасть… В один котел, в котором сваримся заживо. А пока этого не случилось, я сама обнимаю Демьяна за плечи, сама жмусь к нему всем телом, сама купаю в его слюне язык. Смело. По-взрослому. Почти на грани отчаянья.

Поцелуй прерывает музыка, от которой мы оба вздрагиваем. Смеемся. Демьян тут же выключает ее, садится перебирать диски.

— Ты кино какое любишь? Что? Не смотришь?

— Нет. Папа говорит, оно развращает.

— Ничего не развратит больше чем маньяк, который заставляет трахаться. Но думаю можно глянуть комедию. Это Джим Керри. С ним всегда смешно.

— Это который в Шоу Трумана снимался?

— С бабушкой, когда – то давно.

— Жаль у нас нет волшебной лестницы, да?

— Да. А у тебя есть бабушка?

— Ну в теории должна была конечно. Но отец вырос в детском доме, а отец матери давно умер. Бабушка тоже. Так что… Ты хотя бы свою знала.

— Только одну. С маминой стороны не видела никогда.

— Так, ну может тогда…

— Давай Шоу Трумана. Оно тут есть?

— Есть… Не сказать, что самый смешной фильм.

— Зато мы его уже смотрели, и точно знаем, что нам понравится.

— Не любишь эксперименты?

— Не особо. Сам знаешь…

— Ага, каждый раз чувствовал себя насильником.

— Да ладно, — фыркает он… — Мне порой кажется, что ближе тебя в этом мире у меня никого нет. Мы как муж и жена, которые могут ругаться до драки, но все равно ложатся спать в одну постель…Это правильно… Какой бы глобальной не была ссора, спать надо вместе. Мои всегда спали вместе, а твои?

Он говорит это так просто, словно проговаривает мысли вслух, а у меня сердце в ошметки, в груди болит и слезы на глазах.