Выскочка-2

Пятнадцатого июля постановлением городского суда стройку на пляже остановили. Бизнесом Антона Владимировича заинтересовались компетентные органы, и теперь ему было уже не до своих наполеоновских планов завоевания города и чужой жены. Он с позором покинул южный городок у моря.

В честь этого события в доме Льва Константиновича Сотникова устроили праздник.

– Вот кому надо идти в политику! – с восторгом открывал бутылку ледяного шампанского в столовой хозяин дома. – Сегодняшний день войдет в историю города! Мой сын отвоевал центральный пляж и стал народным героем!

– Да ладно тебе, – довольный собой, отмахивался от комплиментов отца Андрей.

– Тебя утром по телевизору показывали, – улыбнулась Лера, заталкивая ложку с яблочным пюре Саре в ротик. – Думаю, теперь я могу передвигаться по городу, не опасаясь нападения неадекватного Антона Владимировича!

– Карочка, иди скорее к нам! Шампанское стынет! – позвал жену Лев Константинович.

– Иду я, иду, – отозвалась Карина Аркадьевна. Вынесла из кухни поднос с легкими закусками и как-то недовольно прикрикнула на дочь: – Катя, неси бокалы, папа открыл шампанское!

Следом за матерью, звеня красивыми бокалами с золотым тиснением, из кухни вынырнула Катерина. Лера посмотрела на девочку и ахнула. Рваные джинсовые шорты с бахромой и майка на выпуск больше не были шокирующим элементом в способе самовыражения. Девочка добралась до волос. Несколько темных прядей были выкрашены в ядовито-зеленый цвет.

– Когда ты успела испортить свои волосы? – позабыв про торжественное событие, взревел Лев Константинович.

– Сегодня утром, – пряча глаза, проблеяла Катерина.

– Где ты взяла краску?!

– У мамы в салоне попросила, и мне подарили целую пачку.

Андрей внимательно посмотрел на сестру и вдруг расхохотался.

– Моя маленькая бунтарка, ты похожа на зеленого гоблина, – сквозь смех проговорил он. – Но если этот образ являет собой образец нынешней женственности…

– Какой образец?! – пуще прежнего завопил Лев Константинович. – Кара! Сейчас же звони в салон и пусть ей выведут эту ядовитую жуть!

Катя поджала губы и молча сверлила глазами мраморный пол. Карина Аркадьевна расстроено выставила бокалы и угощение на стол.

– Я уже звонила. Там сказали, что пока эта краска не смоется, они ничем не могут помочь.

– Тогда пусть выстригут эти жуткие пряди!

Такой несправедливости Катерина вынести не могла.

– Только посмейте тронуть мои волосы! – завопила она и ее глаза наполнились слезами. – Я сбегу из дома!

– Я тебе сбегу! – грозно рявкнул Лев Константинович. – Где мой ремень?!

Злобно сверкнув голубыми, как лед, глазами, Катя быстро проскочила мимо отца и оказалась возле лестницы, ведущей на второй этаж.