Welcome в прошлое

Хотя я была не против услышать признание в любви и произнести его самой, в глупой надежде, что слова вдруг станут правдой. А потом на меня снизошла печаль. И оттого, что ее причину я не знала, точнее, догадывалась, но не хотела в этом признаться, печаль становилась все сильнее, пока не обернулась гнетущей тоской. И я подумала: какого черта я не села в проходящий поезд? В тот момент мне был известен лишь один способ избавиться от тоски – я крепче прижалась к Илье, отвечая на его ласки, смеялась и говорила невпопад, надеясь, он этого не заметит.

Когда он уснул, я поднялась, накинула халат и пошла на кухню.

Встала у окна и смотрела на спящий город, город, который ненавидела, в котором не нашла ничего, кроме боли. Я стояла так довольно долго, пока не почувствовала, что я не одна. Оглянулась и увидела Илью. Он привалился к стене, наблюдая за мной.

– Мучаешься угрызениями совести? – спросил тихо.

– Что еще за глупость? – усмехнулась я.

– Ты закрывала глаза, когда я тебя любил. Вот я и подумал: может, есть человек, которого ты хотела бы видеть на моем месте.

– Если и есть, то он моих угрызений не заслуживает. – Я села на подоконник и попросила, глядя в окно: – Расскажи о себе.

– Идиотское занятие.

– Хочешь, чтобы я о себе рассказала?

– Нет. Не хочу. Если я буду знать о тебе хоть что-то, появится искушение тебя найти, когда ты исчезнешь.

– Исчезну? – удивилась я.

Он подошел и сел рядом.

– А разве нет? Ты появилась ниоткуда и исчезнешь в никуда.

– А ты хочешь, чтобы я осталась?

– Не уверен, – покачал он головой.

Я провела пальцем по его обнаженному плечу, в свете фонаря был хорошо виден белый рубец.

– Одна девушка хотела разбить мне сердце, но только содрала кожу на спине, – улыбнулся он.

– Я бы тоже хотела разбить твое сердце.

– Лучше не надо. Ты куда способнее ее, у тебя может это получиться.

Я уже собралась сказать, что содранной кожей дело не ограничилось, но притормозила. У него на плече след от пулевого ранения, и он ничего не хочет рассказывать о себе. «Я тоже не хочу, – мысленно усмехнулась я. – Но у меня есть причина. У него она тоже есть? Интересно, какая?»

– Идем спать, – предложил он.

– Я не теряю надежды что-нибудь узнать о тебе, – засмеялась я.

– Зачем? Подумай, как здорово: ты ничего обо мне не знаешь, а я ничего не знаю о тебе.

Мы можем придумать друг другу любую жизнь.

– Зачем ее придумывать?

– Сейчас ты услышишь, что я обычный клерк, которого мучает бессонница, потому что жена меня бросила, когда я меньше всего этого ожидал. А потом начнешь рассказывать о себе что-нибудь тоже очень банальное. И приключение обернется скукой. Моя жизнь и без того невыносимо скучна.

– Наверное, ты прав, – пожала я плечами, – но я хочу быть настоящей, а не придуманной.

– Все хотят, но это мало кому удается.