За миг до полуночи

Чтобы сюда попасть, нужны солидные рекомендации. Поэтому среди посетителей клуба немало мужчин. Подчеркиваю: традиционной ориентации.

– А вы ему не мешали? Лопухину?

– Я? – удивилась Нечаева.

– Ведь он же приходил сюда с вами. Не один.

– Слава меня иногда консультировал. В качестве юриста. Я его так и представляла: мой юрисконсульт. И потом: все знали, что у меня есть постоянный мужчина.

– Вы имеете в виду Сажина?

– Его, – кивнула Нечаева.

– А почему вы с Дмитрием Сергеевичем не женаты?

– Ну, хорошо. А для Лопухина вы разве не представляли интерес? Богатая, свободная женщина. А?

Нечаева сдержанно рассмеялась. Алексей понял, что по Лопухину она не скорбит. Напугана, скорее, тем, что всплыла история с брошенным младенцем. Монти – вот кто занимает все ее мысли. Отнюдь не Лопухин.

– Мы слишком хорошо друг друга знали, – улыбаясь, сказала Нечаева. – Я бы никогда не стала для Славы больше, чем просто хорошей знакомой.

– Друзей у него не было, – резко ответила Наина Львовна.

– Он не был приятным человеком. Скорее, напротив. Эгоист. И надо заметить, дрянь редкостная!

– Ная, – укоризненно покачала головой Людмила Федоровна. – Ну, зачем ты так! Он же умер.

– В этом она вся, наша Люся, – усмехнулась Нечаева. И подруге: – Если бы Петр Николаевич во всем тебя слушался, вы бы давно по миру пошли. Хорошо, что Люся крайне редко пользуется правом вето.

– Простите? – удивился Алексей.

– Понимаете, она предпочитает в дела мужа не вмешиваться. У них с Петром Николаевичем уговор: ни слова о делах. Люся добрая, ей всех жалко. А он бизнесмен. Они стараются не говорить на темы, которые могут внести разлад в их такие счастливые семейные отношения, – с некоторой иронией сказала Наина Львовна. – Но в исключительных случаях, например, когда дело касается ее близких друзей…

– Я уже понял, – кивнул Алексей. – За Лопухина попросила она. Устроила его на работу в фирму мужа.

– Мало того. Петр Николаевич зачастую был им недоволен, а Люся была той каменной стеной, за которую Слава все время прятался.

– Ная! – Людмила Федоровна вновь осуждающе посмотрела на подругу.

– А разве не так? Ты ведь его покрывала. Первые годы. Опоздания, прогулы, просчеты. И напрасно. Вспомни тот миллионный контракт, который он недавно сорвал! Вот чем обернулось твое заступничество!

– Значит, у Петра Николаевича с потерпевшим были трения? – тут же вцепился в Нечаеву Алексей.

– Вот видишь, что ты натворила! – всплеснула руками Людмила Федоровна. – Петю теперь подозревают в убийстве! Впрочем, я знала! Всегда знала! Это все из-за той истории! Нашла-таки момент! Чтобы ему отомстить!

– О какой истории вы говорите? – жадно спросил Алексей.

– Все это чушь, – отрезала Нечаева. – Я давно забыла. Да и не было ничего.