Зачем я ему?

На улице снова дождь, а мы далековато от него живем. Он не стал больше говорить ни про отца, ни про Марину эту, а я не стала расспрашивать. На него нельзя давить, как мне кажется, не потерпит, да я и не умею, если честно. После того разговора про Москву мы, может, несколькими фразами обменялись и все. Неужели я, правда, туда с ним поеду? Не верится просто…

— Приехали. Держи зонт.

Останавливает машину примерно в метрах двадцати от подъезда и сам выходит. Пытаюсь понять, как мне проще вылезти из машины, когда в руках здоровый мужской зонт-трость и моя увесистая сумка. Вижу, как Никита обходит машину и останавливается у моей двери.

— Выходи. — В одной руке держит свой зонт, другой вытаскивает меня из своей Volvo. Черт, я даже выйти из машины нормально не умею. Отбирает у меня трость, сам открывает зонт и передает мне. А потом просто доводит меня до подъезда. Стою у двери, надо сказать, наверное, что-то?

— Спасибо, что подвез, — отдаю ему зонт.

— Спишемся тогда про выходные. Пока.

Я так и стояла под козырьком подъезда, пока он не уехал.

Мне не хочется ничего рассказывать Машке, да она особо не расспрашивает. Сама трещала, не останавливаясь, про сегодняшние разборки с соседями. Оказалось, все не так трагично и денег платить вообще не придется. Отец сказал, что уже завтра, в субботу, пригонит бригаду знакомых ремонтников… Я все слушаю в полуха, мысли совсем не здесь…

Выходные проходят за учебниками, занятия продолжаются, но уже пошла зачетная сессия. Полдня на основы журналистики, полдня на Мегеру и небольшой перерыв на еду. Епифанцева сидит рядом и задает такие вопросы по предметам, что я начинаю переживать за нее. Хотя…

…А еще украдкой проверяю телефон. Но ни звонков, ни сообщений…

Зачет по ОТЖ у нас письменный, но при этом каждый тянет билет. Наверное, чтобы не списывали… Вытаскиваю: «Кодекс профессиональной этики российского журналиста» и «Гуманизм как основа социальной позиции журналиста». Это легко, это я хорошо знаю. Пишу довольно быстро, уверенно. Посматриваю на Маню, она шпоры вчера где-то распечатала, я их посмотрела и тут же отдала. Нет, написано там все правильно, но как это все разглядеть? Интересно, ей удалось? Вроде что-то пишет…

Выходим из аудитории, народ галдит, спрашивают, кто что писал и написал ли… Девчонки вытаскивают шпоры, просматривают их, хотя чего сейчас-то смотреть?

— Ну вроде ничего, да? — Машка подходит. — Мне про жанры досталось и закон о СМИ. А тебе?

Не успеваю ответить, чувствую удар в бок, оборачиваюсь.

— Извини, Варь. Я случайно.

Зотов. Он давно меня не задевал, я уже научилась его не замечать.

— Ты поаккуратней с ней, а то снова придет Леднев, да, Барсукова?

Криволапова с подружками стоят.