Дядя самых честных правил 10

"

"Уж не знаю, почему Кулибин бросил картечницу, не доведя прототип до завершения. Поставить нормальный кожух, прицел, сделать не таким массивным станок — и вуаля! Мощь моих опричников многократно повысится. Первым же делом, как развернём завод на Алеутщине, сразу надо ставить производство картечниц на поток. Уверен, испанцы по достоинству их оценят.

* * *За день до отъезда Марья Алексевна разбудила Бубликова. Должен заметить, что долгий отдых пошёл ему на пользу: чиновник по особым поручениям был свеж, бодр и лучился хорошим настроением. Я попросил его проверить, готовы ли дать свободный проезд пяти моим составам, и он тут же засел на телеграфе, переписываясь с работниками эфирной дороги.

Уже под вечер в Злобино приехал Шешковский. Невыспавшийся и мрачный как туча. Он первым делом переговорил с Бубликовым: из окна кабинета я видел, как начальник Тайной канцелярии устраивает весёлому толстяку разнос. Закончив с ним, Шешковский отправился ко мне, хмурясь и сжав губы.

— Приехали проводить меня, Степан Иванович? — я радушно улыбнулся ему и позвонил в колокольчик, вызывая слугу. — Судя по виду, вам не помешает крепкий кофий. Садитесь, в ногах правды нет.

Шешковский тяжело опустился в кресло и вздохнул. Он молчал, пока нам не принесли кофий и мы не выпили по чашечке.

— Скажите честно, Константин Платонович, вы это специально сделали, чтобы загнать меня в гроб? — начальник Тайной экспедиции на меня так посмотрел, будто хотел немедленно придушить. Но всё же ему удалось справиться с собой, и он кисло усмехнулся. — Весь Петербург стоит на ушах из-за вашей «выходки». Ей-богу, мне хотелось доложить императрице, кто за этим стоит, и получить указ о вашем аресте.

— Один раз такой указ уже подписывали.

— Я помню, Константин Платонович, лучше, чем хотелось бы. У меня отличная память, и она подсказала, чем закончилась прошлая попытка вас арестовать. Простите, но я не готов пережить ещё один переворот на своём веку. — Шешковский налил себе вторую чашку кофия, сделал глоток и спросил: — Ну зачем, скажите на милость, вам потребовалось убивать их сейчас?

— Ни за что не поверю, что вы не знаете, Степан Иванович. Смерть Александры Бобровой привела меня в сильное расстройство чувств, особенно когда я узнал, кто за этим стоит. Если бы вы провели расследование и наказали виновных, я бы не поехал в столицу.

— Вы же понимаете, что я человек подневольный. Политическая ситуация не позволяла…

— Ваша ситуация меня не касается. Вы не сделали свою работу, и мне пришлось делать её за вас. Скажите спасибо, что время не позволило мне пройтись по всей цепочке. Представляете, как тихо и спокойно стало бы в столице?

Шешковский поджал губы и промолчал.

— Кроме того, Степан Иванович, я хотел напомнить о себе.