Дядя самых честных правил 10

Я — не продаюсь! Мой ответ — нет!

Исида зарычала, как львица, сотрясая темноту вокруг.

— Червь! Жалкий червь, посмевший отвергнуть меня!

Ко мне протянулась огромная рука. Превратившаяся из изящной девичьей в уродливую старческую с длинными чёрными ногтями и вздутыми венами.

— Ты сгниёшь…

Хопеш взлетел вверх, не дожидаясь моего приказа, и ударил жуткую руку. Отсекая пальцы, дробя кости и забрызгивая всё вокруг светящейся серебряной кровью-ихором. Капли попали мне на губы, оказавшись на вкус страшной горечью и одновременно безумной сладостью, от которой выворачивало желудок.

— А-а-а-а!

Вокруг всё задрожало от крика раненой Павшей. Я рухнул на ступени лестницы и едва не покатился вниз. Меня удержал Анубис, схватив за шкирку, будто котёнка. Встряхнул, поставил на ноги и ревниво забрал свой хопеш. Похлопал по плечу, улыбнулся и исчез.

Я остался один на лестнице в темноте. Зажёг огонёк на пальцах, пытаясь понять, куда вообще идти теперь. Каменные ступени, будто издеваясь, шли в обоих направлениях: вверх или вниз, если чуть наклонить голову. Иллюзия, но разобраться в ней не получалось. Исида или Геката не желали, чтобы я шёл дальше, и старались запутать меня.

— А ты хорошо держался, — шепнул прямо в ухо голос Хозяйки, — я уж думала, мне придётся тебя вытаскивать. Что же, тем больше будет награда после.

От неожиданности на меня напал кашель. Так она всё это время была здесь⁈

— Конечно, здесь, некромант. Неужели ты думаешь, что Павшая сильнее меня? Долгие годы во тьме лишили её разума, если она думала таким жалким способом соблазнить моего слугу.

Невидимая холодная рука взяла меня за локоть и подтолкнула вперёд.

— Иди, некромант, осталось совсем чуть-чуть. Если ты выдержал искушение, то сможешь пережить и всё остальное. Тем более дальше я сделаю всё сама. Тебе нужно только дойти и постараться держаться подальше от того, что случится.

И я пошёл вверх по лестнице, ведущей вниз, через непроглядную тьму.

* * *Сутки? Месяц? Год? Или всего несколько минут? Не знаю, сколько я шёл по ступеням. Время не имело значения, будто растягиваясь и сжимаясь между ударами сердца. Но всё же время закончилось, и я очутился в огромном круглом зале. В центре стоял жертвенник, залитый тёмной кровью. Пылали яркие огни в жаровнях у стен, взметая к потолку искры. А на полу были разбросаны бездыханные тела собак с перерезанными горлами.

А на другом конце святилища стояли Исида и Геката, будто две утомившиеся жрицы, закончившие долгое жертвоприношение.

— Ты умрёшь, некромант, — заявила Геката, не глядя на меня, — очень плохо умрёшь. В темноте, брошенный друзьями и любимой, будешь гнить под тяжёлыми камнями. И пожалеешь, что не принял щедрое предложение.

Исида даже не повернулась в мою сторону, но я ощутил волну злобы, исходящую от неё.