Дядя самых честных правил 10

— Это будет не так-то просто, знаешь ли.

— Разрушите порт? Ну, предположим. А дальше? Куда вам надо? В Каир? Где вы возьмёте верблюдов и проводников? Будете пробиваться с боем? Вы, конечно, сильны, но не сможете разбить мамлюкских колдунов.

— И нет никакого способа?

— Только если вас пригласит османский паша. С его охранной грамотой иностранцы могут свободно путешествовать по Египту. — Медведь запустил пальцы в рыжую шевелюру, раздумывая. — Могу сказать, к кому обратиться в канцелярии Неаполитанского короля. Думаю, они смогут добыть вам такой документ, но стоить это будет огромную сумму. Ну и подождать придётся, до зимы как минимум.

Такая новость откровенно расстроила. Чёрт с ними с деньгами, но так долго я не могу себе позволить сидеть в Неаполе. Проще утопить мумию в море и сказать, что случайно вышло. Или сжечь? Теоретически можно сбросить её в Везувий — вчера сам видел над вулканом струйку дыма. Или попробовать развоплотить её, вдруг получится.

От мыслей о ликвидации мумии меня отвлёк разговор Кижа и Медведя.

— Нет, ты скажи, caro amico!

— Ерунда, забыли, Деметрио!

— Вовсе не ерунда, Орсо. Чем тебя Джурьефф так обидел?

— Не хочу говорить.

— Мне? Не хочешь? Значит, ты сейчас врал, что мне друг?

Медведь пьяно замотал головой.

— Это плохая история, Деметрио. Зачем нам сейчас грустить?

— А мы не будем грустить. Давай выпьем!

Едва Роспильози опустил кружку, Киж обнял рукой его за плечи и заговорщицки указал на меня.

— Видишь его?

— Князя? Вижу. Хороший князь, не то что остальные.

— Он всё может. Огромной силы маг! Джурьефф его сам боится.

Икнув, Роспильози прищурился одним глазом, посмотрел на меня и спросил:

— А он может Джурьеффу голову оторвать? Давай ты его попросишь!

— Голову всегда успеется. Ты скажи, что Джурьефф тебе сделал, а там решим, как лучше. Может, Константин Платонович сможет тебе помочь?

Лицо у Медведя сделалось напряжённое, почти злое. Он потянулся за кувшином, неловко дёрнул его за ручку и скинул на пол. Звон разбившегося кувшина заметила только служанка и тут же принесла новый, полный до краёв. Вот только Роспильози передумал пить. Он повернулся ко мне всем телом и хмуро смотрел из-под бровей.

— Врёт твой центурион? Или правда можешь?

Я подался вперёд и, оказавшись с ним лицом к лицу, ответил:

— Я некромант. Если смогу — отказывать в помощи не буду.

Роспильози засопел, хмурясь и катая желваки на скулах.

— Какую цену ты берёшь за свою работу?

— Ты меня с кем-то перепутал, Орсо Рыжий Медведь. Я князь, а не лавочник, и не торгую своими услугами. Или у вас дворяне всегда называют цену, прежде чем помочь?

Он прищурился, разглядывая меня будто заново.

— По-разному, князь Константино, — с горечью выдохнул он. — Идём, я расскажу по дороге.