Замуж по договору

Снова тяжелый и вздох и едва различимое:

— Научил на свою голову! — А потом, словно взяв себя в руки, сдержанно и ровно пояснил: — Я злюсь не на тебя, Николетта.

В том, что он назвал меня полным именем, было тоже мало хорошего.

— Неужели? — Я всем своим видом давала понять, что ни капли ему не поверила, вот только демон на меня не смотрел. — А на кого злишься?

— На себя, — буркнул он.

А потом залпом допил вино и с грохотом поставил бокал на столик. Как тот не разбился, не знаю, он лишь снова звякнул, и все.

— За то, что согласился на мое предложение и позволил втянуть себя в эти неприятности? — догадалась я.

Стоять надоело. Я медленно двинулась вперед и села на краешек кровати, продолжая изучать профиль тай-шера, его поджатые губы, хмуро сведенные брови.

Мейнор не договорил. Хмыкнул, потирая затылок, а только потом посмотрел на меня. Черная Пустота с тлеющими угольками. Именно это я увидела в глубине его глаз.

— Тебе стоит поспать, — вдруг заявил демон, скользнув равнодушным взглядом по моим укутанным пледом плечам.

Я снова обратила внимание на огромную кровать, на которой сидела. Провела ладошкой по простыням вишневого цвета.

Мягкие и нежные. На таких приятно спать… без одежды.

«Ой! — Я невольно покраснела от собственных мыслей и поспешно отвела взгляд. — О чем я только думаю! Если бы только Мейнор знал! Очень хорошо, что даже не догадывается!»

— Не хочется, — сдавленно проговорила я, вновь натягивая покрывало до самого подбородка, чтобы хоть как-то скрыть горящие от смущения щеки.

— Не хочется спать здесь, — уточнила я, продолжая разглядывать узор ковра, что лежал под нашими ногами.

Смотреть на супруга пока не могла.

Демон снова вздохнул.

Что-то за столь короткое существование нашего брака он стал вздыхать слишком часто.

— Ник, — тихо, но четко произнес он, — я не собираюсь тебя насиловать.

Это признание оказалось таким откровенным и неожиданным, что я удивленно вскинула голову и, приоткрыв рот, уставилась на него.

«Ну вот! Опять тай-шер говорит резко, прямо и не ходит вокруг до около».

Для меня, выросшей в мире, где все юлили и редко говорили искренне, предпочитая обтекаемые формулировки, было очень непривычно.

— Думала, — оборвал меня Мейнор, хватая с блюда сочный персик с ярким бочком.

Изучив плод пару секунд, тай-шер поднес его к лицу, вдыхая сладкий аромат, а после вернул на блюдо. — Ты боишься, — закончил он, вновь переводя на меня взгляд черных глаз.

Мужчина вновь не дал мне договорить.

— Талмани ничего не знает о нашем соглашении. И не узнает.

— У нас есть договор, Ник. В котором четко и ясно прописано: если что-то и произойдет между нами, то только с твоего согласия. А сейчас ты точно не согласна.

— Понимаю, — вздохнула чуть слышно, зябко поведя плечами.