Замуж за 30 дней

Или, вообще запугать – нет, не собой конечно – каким-нибудь жутким криминалом, угрожающим жизни… Придумать, к примеру, безумного ухажера, который вынудит ее бежать из страны. Вон как она Олега испугалась… А чтоб ей скучно не было в Сиэтле, можно и родственников забрать до кучи… Безумный ухажер может ведь угрожать семье. Вот он для них всех белым рыцарем и выступит.

Пол усмехнулся себе под нос.

Подло, конечно… А что ему остается?

Деньги его Вере не нужны, он уже убедился в этом – сам он, получается, тоже…

Предложить ей руку и сердце – как, интересно? Лесли в очередной раз отказалась подписывать бумаги, и хрен знает, сколько все это еще будет продолжаться. Даже если он отдаст ей сейчас все, что она требует – не факт, что она этим удовлетворится. Возможно, так и будет откусывать по кусочку от его уже вполне измеримого состояния – пока не придется отдать ей все и начинать строить свой бизнес с нуля…

Он нутром чувствовал, что если уедет сейчас без Веры – это будет конец их отношениям.

Нет, конечно, поначалу они еще будут общаться – по Скайпу, по телефону.

Сначала по три раза в день. Потом – реже.

Он сжал челюсть, так что желваки заиграли.

А потом Вера найдет себе студентика навроде Олега. Начнет скрывать, где вчера была, да почему ее не было в онлайне уже четыре дня…

Не заметил даже, как смял только что прикуренную сигарету в пальцах, и она просыпалась мягким ворохом на каменные ступеньки.

Да что он ей – мальчишка из подворотни? Расстелился ковриком…

В общем, в гостиницу – звонить Волкову… и думать. Хорошо думать.

Выкинув ошметки сигареты, он быстро спустился вниз. Вышел из подъезда, также быстро оседлал свой новенький Харлей – решил, несмотря на Верины увещевания, периодически его обкатывать. Провернул ключ в замке зажигания, дал газу, крутанул первую вниз…

– Пол! Стой! – сквозь рев мотора еле расслышал слабый голосок.

Тоненькой тенью Верина сестра бросилась ему наперерез, размахивая руками.

В ужасе Пол дернул рулем вбок, пытаясь избежать столкновения.

Влетел в кусты, смяв хлипкую оградку палисадника… чудом не врезался в угол дома, зацепив бетонную стену плечом… и немедленно, под истошный девичий вопль, вместе с легшим на бок мотоциклом, влепился в железную стену чьего-то гаража – головой, с размаху и, казалось, всеми частями тела одновременно.

От страшного удара всё вокруг сразу потемнело, звуки будто утонули в густой вате, и лишь Верино лицо недолгое время кружило перед глазами, пока не разлетелось на пиксели, вместе со всем остальным миром.

Больше всего на свете я ненавидела мертвый свет больничных люминесцентных ламп. Именно мертвый. А иногда еще и подрагивающий, когда какая-нибудь из ламп готова была перегореть.

Но сейчас мне было на это наплевать.