Запрет на вмешательство

Товарищ капитан, с вашего разрешения, я бы тоже остался. Пулемет в таком деле точно не помешает.

Щеглов колебался. Весь его опыт разведчика говорил о том, что те, кто останется прикрывать отход отряда — смертники. Но он смотрел в глаза Плужникова и Чежина, и видел в них решимость. Только это была не решимость людей, идущих на смерть, а вера в своего командира, который сможет решить задачу так, чтобы его подчиненные остались живы. Почему-то капитан не сомневался, что сержант не станет претендовать на роль лидера в этой тройке, тем более что он сам назвал себя вторым номером.

— Собирайте отряд, сержант, — повторил приказ Капитан, — За огневую поддержку прорыва и прикрытие отхода отвечает ефрейтор Нагулин. Пусть он и решает, кто останется с ним, а кто уйдет с нами.

Пока сержанты собирали уцелевших, я проверял выданную мне «мосинку» и патроны. Осечки в самый ответственный момент были мне совершенно ни к чему. Убедившись, что с оружием все нормально и отбраковав несколько патронов, я прислонился спиной к стволу дерева и прикрыл глаза.

Ситуация почти не изменилась. Немецкий батальон заблокировал подступы к лесу и отрезал его восточную часть от основного лесного массива.

Нашей попытки вырваться через поле противник явно не ждал. Заслон с этой стороны выглядел довольно хилым, но вполне достаточным, чтобы парировать любой наш удар. Да и куда мы денемся в поле, даже пробившись через позиции немцев? Догонят и задавят огнем. Так что здесь немецкий командир все просчитал правильно, и основные усилия сосредоточил на том, чтобы не дать нам пробиться вглубь леса.

Немцы ничего не предпринимали уже минут двадцать, и это вызывало у меня закономерные вопросы.

Понятно, что после того, как собственный бомбардировщик вывалил им на головы бомбы, немецкому командиру требовалось время для приведения своей части в порядок, но артиллерии-то никто не мешал начать ровнять нас с землей. Конечно, нужно было делать скидку на скорость принятия решений и прохождения команд, которая в этом мире была не слишком высокой. И все же полчаса — многовато даже для этого уровня развития.

Разгадка заминки, возникшей у противника, нашлась довольно быстро.

Достаточно было лишь уменьшить масштаб и посмотреть на общую картину битвы в окрестностях Умани. Шестая армия генерал-лейтенанта Музыченко предприняла очередной контрудар с целью улучшить свое критическое положение. Поначалу ей сопутствовал успех, и передовым отрядам удалось захватить несколько деревень и пару важных высот. Под раздачу попали горные егеря и сто двадцать пятая пехотная дивизия вермахта, чья артиллерия как раз и должна была отрабатывать заявку на удар по нашему лесу.