Детектив-Ностальгия. Компиляция. Книги 1-11

Что вам рассказывала Журбина?

— Я, честно говоря, не думаю, что смогу вам помочь в розыске Валентины Павловны, но наш разговор передам максимально дословно. Журбина мне говорит, что с годами у семейных пар начинаются проблемы в интимной жизни, и они начинают экспериментировать и пускаются во все тяжкие…

— Стоп! — вновь прервал меня контрразведчик. — Ты что, хочешь сказать, что шестидесятилетняя старуха стала с тобой «сальные» разговоры вести?

— Ей не шестьдесят лет, а пятьдесят шесть, — возразил я.

— Откуда ты знаешь, сколько ей лет? — вмешался Николаенко. Он хотел поймать меня на неточностях, на мелочах и выставить перед чекистом лгуном.

"

"— Журбина сама сказала, сколько ей лет. Она мне говорит: «Я женщина еще ничего! Посмотри, какие у меня ноги ровные, как у молодухи». А потом она намекает мне, что, мол, отошлем Валерика, сами поднимемся наверх и расслабимся по полной программе.

— Журбина совращала тебя? — засомневался Николаенко.

— Ну да, а что такого? Она же женщина. Вдова.

Контрразведчик нехорошо ухмыльнулся.

— Я вижу, Евгений Николаевич, в вашем подразделении работа с молодыми специалистами находится в полном запустении.

Это надо додуматься, такую чушь нести! Журбина ему в матери годится, а он о ее ногах рассуждает!

— Я только начал руководить Заводским отделом, — стал оправдываться Николаенко. — Дайте время, я наведу здесь порядок.

— Подведем итог. — Чекист отбил кончиками пальцев дробь по столу, откинулся на спинку стула. — Краткое содержание вашей беседы.

— Я приехал. Журбина была в беседке. Мы поговорили об убийстве Лебедевой, о совершенной ею краже, о белках, о хамелеонах, о мимикрии. Потом мы вернулись в дом отдыха, выпили.

Журбина стала рассказывать о своей юности, о том, какой разврат был у них в студенческом общежитии. Потом она перешла на тему половых проблем у людей старшего возраста и стала мне намекать, что нам надо остаться вдвоем. Потом пришел какой-то мужик и предложил нас довезти до города. Я не хотел оставаться с пьяной Журбиной один на один и первым вышел к машине. На этом все. После субботы я Валентину Павловну не видел, ничего о ней не слышал и где она может находиться — не знаю.

— Андрей Николаевич, — контрразведчик достал сигареты, что означало окончание беседы, — я думаю, что не надо лишний раз вам повторять, к чему может привести утаивание сведений от органов государственной безопасности? Вы все нам рассказали? Тогда я вас не задерживаю.

Я встал, пошел к двери.

— Вот телефон, — на выходе остановил меня чекист. — Если Журбина объявится, немедленно позвони. Если хоть что-то узнаешь о ней, звони в любое время дня и ночи.

— Могу я узнать, что она сделала? — Я вернулся, забрал листочек с телефонным номером.

— Ничего не сделала.