Детектив-Ностальгия. Компиляция. Книги 1-11

Прощаясь, Наталья сказала:

– Когда я после взрыва пришла в себя, то увидела твои глаза – огромные, вполовину неба… Потом ты на мне сознание потерял, и, пока врачи не появились, я у тебя рану на ребрах пальцами зажимала.

– Откуда ты узнала, что надо делать?

– Ты сам мне об этом сказал: «Наташа, моя душа стартует к звездам, но, если ты хочешь, чтобы я вернулся, зажми мне герметично дырку в боку. Приедут врачи, скажи им, что у меня пневмоторакс».

Наталья отвернулась, платком промокнула глаза, шмыгнула носом.

– Не обращай внимания, сейчас пройдет… Андрей, я после взрыва несколько ночей вообще не спала, в каком-то бреду пребывала: мне наяву являлись звезды, кометы, ты, отец, учитель, его пистолет.

Потом взрыв – все в крови, и ты шепчешь про полет в космос. – Она невесело улыбнулась. – Андрюша, как там, возле звезд, папу не встречал?

– Придет время – встретимся. Нас там неплохая компания подберется: я, старик Кусакин, твой отец. Нам в одном направлении лететь, будет о чем поболтать по дороге.

Наталья поцеловала меня и ушла.

Инга никому моей родственницей не представлялась. На вахте санитарки без лишних вопросов выдали ей белый халат и разрешили пройти.

Для разговора с Ингой я вышел в холл, подальше от посторонних ушей.

– Инга, возьми ключ от моей комнаты и забери в шкафу робота. Отдашь его сыну, пускай играет, как будто ничего не случилось. О наших разговорах про учителя никому не говори. Все поняла?

По вечерам пациенты в больнице были предоставлены сами себе. Выздоравливающие пытались флиртовать с медсестрами, только начинающие лечение собирались в холле обсудить особенности болезней легких. Я в такие вечера вновь и вновь возвращался к событиям в Верх-Иланске.

По большому счету в том, что учитель взбесился, виноваты руководство прокуратуры и КГБ. Никто ведь не захотел расследовать убийство Дегтярева, и Седов понял, что если следственные действия не проводятся, то виновный уже определен и все ждут подходящего момента, чтобы скрутить ему голову. Последней каплей стал мой визит к нему в кабинет. Я проник в святая святых внутреннего мира учителя, и он сорвался с катушек. А мог бы убежать! Далось ему это Нелькино золото.

Дни шли за днями, время близилось к выписке, и я почувствовал, что организм восполнил кровопотерю и ко мне вернулась потенция.

Это радостное событие я решил отметить ярким незабываемым действием. Незаметно от медперсонала я стащил на сестринском посту ключи от душа и стал дожидаться Марину. Она пришла после ужина, принесла сок и яблоки.

– Марина, – зашептал я ей на ухо, – я весь горю от желания! Пошли, я знаю здесь одно классное местечко, где мы сможем уединиться.

– Ты что, с ума сошел? – запротестовала она.

– Марина, пошли в душ! Марина, здесь обычай такой: перед выпиской все ходят в душ.