Детектив-Ностальгия. Компиляция. Книги 1-11

Все их встречи проходили под негласным надзором братьев Айгюль, они бы им далеко зайти не дали. Хотя… Стоит возле свалки недостроенное здание, развлекайся – не хочу! Никто тебе там не помешает, чужие шаги издалека слышны будут.

– Андрей, я уже который день пытаюсь поговорить с родителями Меркушина, но они меня слушать не хотят, всякую лапшу мне на уши вешают. Поговори ты с ними, объясни, что или они заберут его вещи себе, или я выброшу их в мусорный контейнер.

– А как же твоя любезнейшая Тамара Григорьевна? Она что, с его родителями поговорить не может? Познакомить вас у нее ума хватило, пускай теперь она посредником будет, а не я.

– Почему я должна посторонних людей в это дело вмешивать? Ты что, хочешь, чтобы про цыганку весь город узнал? Я и так вся помоями облитая с ног до головы, а ты еще добавить хочешь?

– Пока он очнется, ждать не будешь?

– Андрюша! – в отчаянии воскликнула Наталья. – Я уже сто раз подумала, что если бы вы его живого со свалки не донесли, то всем бы легче было!

– Наташа, так же нельзя говорить, – с сожалением сказал я.

– Ничего, ты враг условностей, стерпишь.

– Когда он очнется, ты не будешь комедию ломать, сразу ему все выложишь?

– Он не достоин моей жалости. Очнется он или нет, развод – дело решенное. Ты поговоришь с его родителями?

– Нет. Я в семейные дрязги лезть не собираюсь. Хочешь выбросить его вещи – выбрасывай. Работать сможет – новые купит.

– Ты еще ни с кем не сошелся? – забыв на время о собственных проблемах, спросила Наталья.

– Как надумаю жениться, так принесу тебе фотографию на согласование.

– Приноси, посмотрю, на кого ты меня променял.

– Но-но, Наташа! – возмутился я.

– Ты меня, – убежденно сказала она. – Ходил, по сторонам зыркал, а меня виноватой выставляешь? Не вздумай маму подзуживать, я и так от нее уже наслушалась.

Дверь на кухню распахнулась, вошла Клавдия Алексеевна.

– Я вижу, вы ругаться начали, – сказала она. – Давайте лучше чаю попьем, а когда я уеду, тогда будете отношения выяснять.

– Я не буду ни с кем выяснять отношения, – твердо заявила Наталья. – Что тот свинья, что этот. Попросила как человека: забери меркушинские вещи.

– Ты сейчас часть вещей в узелок сверни, – предложил я. – Пойду домой, прихвачу.

– Нет, сейчас я ничего не буду делать, – смутилась Наталья. – Ты чай будешь?

– Как дела в Верх-Иланске? – не обращая внимания на хозяйку, спросил я. – В моей комнате кто нынче живет?

У Клавдии Алексеевны глаза были разного цвета: левый – голубой, а правый – карий. Когда она разговаривала со мной, то всегда старалась держаться в профиль, чтобы я видел только один глаз.