Детектив-Ностальгия. Компиляция. Книги 1-11

– Это прачечная, – усмехнувшись, ответил я.

– Я набрал номер 5-31-20?

– Вы ошиблись, – я положил трубку, записал телефонный номер, сообщенный мужчиной. В расшифрованном виде он означал время и место, где предлагал встретиться мой самый ценный агент по кличке Итальянец.

– Айдар, без эмоциональных подробностей, что удалось узнать?

– В интернате воспитанники обучаются до восьмого класса. А дальше – аттестат в руки и шуруй на завод подсобным рабочим или иди учиться в ПТУ. Среди юношей все порядки и внутреннее устройство скопированы с зоны, то есть с одной стороны – актив, во всем поддерживающий администрацию, с другой – «отрицалово» – шпана, твердо решившая после окончания интерната пойти воровать.

Наш Борис Прохоренко формально числился в активе, но фактически был ни там, ни тут – есть в интернате прослойка слабоумных забитых учеников, которые сами по себе. Среди девочек иерархия другая. На самом верху у них те, кто уже имеет взрослого любовника за пределами интерната. Переспать с преподавателем или сторожем среди учениц престижным не считается, это удел замарашек и некрасивых девочек. Ни парни, ни девушки перспектив выбиться в люди не имеют. Предел мечтаний у юношей-активистов – поступить в техникум, а оттуда – сразу же в армию, на государственное обеспечение. Девушки грезят богатыми любовниками или состоятельными мужьями."

"О внутреннем распорядке. В течение учебной недели воспитанники обязаны проживать в интернате, на выходные их могут забирать домой родители. Формально, в будние дни выход с территории интерната без сопровождения взрослых запрещен. На практике – там проходной двор: когда хочешь, тогда и уходи. Единственное неудобство для гуляк – это то, что интернат в десять вечера закрывают на замок, и воспитатели идут по спальням считать учеников по головам.

Никакого наказания за отсутствие на вечерней проверке нет, отчислить из интерната воспитанников не могут. Небольшой штрих, могущий иметь отношение к нашему делу: если ты задержался в городе, можешь попасть в интернат через незапертое окно на первом этаже.

Теперь о пацане. Он реально был не от мира сего и мечтал о карьере хоккеиста. Кататься на коньках не умел, от физкультуры был освобожден по состоянию здоровья, но всех убеждал, что как только ему попадется хороший тренер, так он станет вторым Харламовым или Фетисовым.

Все свободное время зимой Прохоренко проводил возле хоккейных коробок, смотрел, как играют другие. Друзей среди сверстников или взрослых у него не было. Единственный человек в интернате, с которым он поддерживал более-менее товарищеские отношения – это ученица шестого класса Лена Майкова. Я навел о ней справки. Лена пока пребывает в нейтральном статусе.

– Что это значит? – уточнил я.