Затерянный город, или Каждому свое

Иная причина неиспользования: устройство без зарядки, а потому было отнесено в категорию безвозвратно поврежденных.

– Но ты же сам видишь странное сияние.

– А мы совершенно другие по строению тел, чем пупсы! – развивал Леня свою мысль с воодушевлением. – И нас артефакт сразу узнает, показывая, что готов к работе. Тебе остается только зарядить обе маски. Потом мы их наденем на голову и проведем…

– До испытаний еще далеко! – перебил я его. – Давай герметизируем по возможности вход, да и топаем в Музей. А то боюсь, что Свонхи, оставшись без присмотра, еще что-нибудь вытворят.

Найденов спорить не стал, начав мне помогать, но от подначек не удержался:

– Переживаешь о своей ненаглядной Цилхи? Жить без нее не можешь? Спешишь порадовать бедняжку добытым с риском для жизни сувениром? Рыцарь! Воистину благороднейший рыцарь! Вот бы еще цветов тебе найти… бумажных!

– Зря смеешься! – посмеивался я в ответ. – В Музее что хочешь найти можно. В том числе и цветы.

Вход мы заделали довольно прилично. Оба куска ткани в ход пошли вместе с мраморными подставками. Напоследок ковром снаружи занавесили, подперев его копьями и парочкой статуй, словно приспособленных во что-то упираться вытянутыми вперед или в стороны конечностями.

Наука нам такого вандализма не простит при обращении с культурными ценностями, но мы сделали что смогли. Кажется…

Возвратившись в Музей, мы сразу насторожились из-за отсутствия парней. Цилхи спала, а оставшаяся на хозяйстве Эулеста пояснила:

– Багдран мне помогал, но потом Руд отыскал какой-то тайник, который ему не поддавался, и позвал брата ему помочь.

– Где именно? – прорвался у меня досадующий тон.

– Одиннадцатый этаж, правое от входа крыло, внутренние жилые покои.

Леня меня попытался остановить:

– Зря волнуешься, ловушек здесь же нет. Лучше давай с масками разберемся.

– Помнишь пословицу: «Свинья грязь найдет»? – задал я риторический вопрос, уже двигаясь к выходу из кухни. – Мне кажется, она как раз о нашем младшем опекаемом. Но ты побудь здесь, я сам сбегаю.

Друг остался, я бодрой трусцой отправился на поиски мальчишек. Интуиция вроде ни о чем плохом не шептала, но опыт настойчиво подсказывал, что проверить надо. Уже на месте я замер, прислушиваясь, по звукам определяя, где возятся расхитители сокровищниц.

А они и не скрывались совершенно: лупили чем-то во что-то с азартом и энтузиазмом. И где молот-то взяли?

Пошел на звук и наткнулся на частично ожидаемую картину. Мебель и вазы сдвинуты от стены на центр помещения, полотна также сняты и кое-как уложены в углу. На открытом месте виднеется лицевая часть не то сейфа, не то дверцы шкафа. Вся поверхность искрещена сложными знаками, иероглифами и выступающими рычажками.