Затерянный город, или Каждому свое

Зато мысленно лишний раз утвердился, что никаких добрых чувств ко мне она не питает. Точно такая же змея ядовитая, как и ее сестричка. Вот и заботься после этого о таких овцах, опекай их. Недосыпаешь, недоедаешь, лишаешь себя прочих удовольствий, а тебя все норовят обозвать да унизить.

Ленька встретил меня подзадориваниями:

– Ох, как же вы быстро вернулись! Долго жить будете: только-только о вас вспоминали. Неужели на платформе прилетели? Вот здорово! А то меня Багдран уже загонял, тружусь тут, словно раб на галерах.

Хотя при этом выглядел очень довольным, веселым и радостным.

Так что становилось понятным, почему к нему тянутся сразу две девушки, а от меня шарахаются. Как бы на него функции командира нашей «армии» спихнуть? А потом со злорадством наблюдать, как он с этими «карапузами» справится.

Хорошо, что я до такой степени не опустился, подставлять товарища мне показалось кощунством. Даже шутить вслух на эту тему не стал. Наоборот, поощрил:

– За тяжкие дни и ночи здесь получишь дополнительный отпуск там, дома. А вот идея прилететь сюда на платформе вообще замечательная.

Так и сделаю сегодня вечером.

– Не вздумай! – одновременно несколько голосов решили мною покомандовать. Что меня, вполне естественно, задело:

– Это приказ или деликатный совет?

– Борь, твой сарказм неуместен! – досадовал Найденов. – Лететь на такой древней, разваливающейся технике – это натуральное самоубийство. И так что ни взлет – то катастрофа.

И я понял, что спорить с ним, да и со всеми, – бесполезная трата времени. Поэтому согласно закивал:

– Ладно, ладно, это была неудачная шутка. Сам понимаю всю абсурдность дальнего полета.

Бери вот маску-шлем и постарайся надевать ее почаще. Особенно в те моменты, когда я буду ссаживать платформы на площади.

– Само собой! – заверил друг с неподражаемой солидностью. – Ты, главное, груз на противовесе отрегулируй, чтобы я потом взлетел быстро на стену. И стопорный клин вставить не забудь.

– Не забуду! – пообещал я и умчался.

И так много времени на все эти переходы, перебежки и разглагольствования потерял. А ведь еще предстоит по Пупсограду набегаться! Но по поводу «набегаться» имелись возражения.

Для ускорения и упрощения предстоящей эпопеи у меня уже складывались вполне реалистичные, пусть и рисковые, планы.

Возле канатки еще раз присмотрелся к нашей пострадавшей конструкции и к провисшим тросам основной линии. Как ни хотелось ими воспользоваться, рисковать не стал. Пришлось отвязывать буксировочный трос и с легким якорем отпускать его в сторону стены. Будь он сразу возле нее да закреплен снизу грузами, я бы с ним и вознесся наверх. А так пришлось помучиться, опять пользуясь присосками.