Затерянный город, или Каждому свое

Все это промелькнуло накоротке, но я осознал, что наш Кулибин и мастер на все руки что-то от меня скрывает. Еще и тревожное чувство усилилось, подсказывая, что я на правильном пути. Если постараюсь узнать, в чем дело, причина возможной опасности прояснится.

Честно говоря, давить на парня не было каких-либо причин. Из всего квартета он мне всегда казался наиболее адекватным и самым предсказуемым. Надежным! Такому не доверять – вообще в человечество не верить. Но я вовремя вспомнил, что вся эта группа племянников – та еще компашка-неваляшка! Воистину ходячее несчастье и недоразумение. Яблоки с одной ветки далеко друг от друга не падают. Или как там говорится? Все в одно пятно навоза валятся?

Поэтому я резко шагнул в сторону Багдрана, сжал его плечо, а второй рукой взял за подбородок и заставил смотреть мне в глаза:

– Ну?! Признавайся, чего учудил?! – Глазки у парнишки заметались, лоб вспотел, лицо побледнело, и я усилил давление по всем ментальным каналам: – Живо колись: что не так и где именно?!

Может, моего окрика и не хватило бы, все-таки «карапузы» меня давно раскусили, догадались, что я человек добрый и отходчивый. Но тут неожиданно вмешался в процесс выбивания правды позабытый у меня на плече белый уникум. Он довольно подло, но, главное, метко плюнул прямо в глаз нашего мастера на все руки. Может, слюна и не была ядовитой, но явно вызвала резь, жжение у подозреваемого. И тот сразу же попытался дотянуться до фляги на поясе, дергаясь и скуля, как побитая собака. А я банально не давал это ему сделать, продолжая наседать:

– Не слышу чистосердечного признания!

– А-а-а! У меня глаз выгорает! – вопил парень, уже понимая, что его спасет только немедленное покаяние во всех грехах. Получив дополнительную встряску всего тела, он клацнул зубами и тут же зачастил: – Да там ничего такого!.. Уверен, нет в зале Страсти яда или чего взрывного… Там точно система вскрытия – и только! Вот я и установил одну статую наклонно, привязав ее веревкой к другой статуе. Потом капнул на веревку разъедающим раствором муравьиной кислоты. Она уже давно должна была сжечь волокна, веревка лопнуть, и статуя упасть прямо на пустой сегмент у основания другой статуи. А раз до сих пор ничего не случилось – значит, я прав!

Я его слушал и сатанел от злобы: «Ну что за люди-то такие?! Дядя у них – золотой человек! Несмотря на его причастность к врагам и разбойникам, он сразу вызвал у меня доверие, был прощен, влился в наш мини-отряд, стал моим помощником и другом и ни разу не подвел. Тогда как его родственнички, за которых он болел душой и ратовал всем сердцем, меня уже достали окончательно!..»

Но ругайся не ругайся, а следовало что-то делать.