Заживо в темноте

Могу спорить, каждое из них он пересмотрел несколько десятков раз. Наверняка у него и любимые эпизоды есть. А этот парень разве похож на человека, который все это уже двадцать раз видел?

– Может… ну, знаешь, бывают такие удовольствия, что каждый раз – как в первый.

Зои взглянула на него, подняв бровь.

– Тогда он не стал бы убивать новых девушек. Нет, убийца сделал бы вид, что ему это отвратительно. Или посмотрел бы несколько секунд с равнодушным видом и отвернулся. Но вот так? – Она покачала головой. – Сомневаюсь.

Прошло еще несколько минут. Крики Николь, искаженные слабым эхо от акустической системы в наблюдательной комнате, били по нервам.

– Ладно, теперь моя очередь, – пробормотал Тейтум, вставил в ухо наушник и вышел из наблюдательской. Остановился снаружи и немного поморгал, привыкая к яркому свету: если он появится в допросной моргающим и со слезами на глазах, это, пожалуй, смажет впечатление. Подождав секунду, толкнул дверь.

В комнате воняло потом – ни зеркала, ни динамики этого не передавали. Шеппард, оказывается, обильно и пахуче потел. Когда Тейтум вошел, все взгляды устремились на него.

– Мистер Шеппард, – сказал он, – я агент Грей, ФБР. Составлю вам компанию до конца разговора.

– А… конечно. Пожалуйста.

Тейтум прислонился к стене и скрестил руки на груди. На этом его роль заканчивалась. Стоять у двери, перекрывая выход, – и всем своим видом напоминать, что ты федеральный агент. Пусть Шеппард понервничает.

Фостер и Лайонс продолжили допрос. Встречался ли Шеппард когда-нибудь с Николь Медина? Не видел ли ее с тем же человеком, что был с Мэрибел Хоу? Новые фотографии, много фотографий: стол почти скрылся под ними. Фостер и Лайонс свою задачу выполняли на «отлично».

– Мистер Шеппард, – сказал вдруг Фостер, – скажите нам, пожалуйста, где вы были двенадцатого августа в восемь вечера?

Еще одна идея Зои. Дата выбрана наугад. Никто из девушек в этот день не пропал – и вообще, насколько им известно, ничего не случилось. Зои рассуждала так: убийца, разумеется, подготовил алиби на те вечера, когда похищал своих жертв, но если спросить его о другой дате, то можно застать врасплох. Он удивится, начнет спрашивать себя, что им известно. Это выбьет его из колеи.

– А… а что? Не понимаю, какое это имеет отношение к…

– Надо уточнить кое-что из ваших показаний, – спокойно ответила Лайонс.

– Я… мне нужно припомнить… Я что, подозреваемый? – Его взгляд метнулся к Тейтуму, затем снова к Лайонс.

– Разумеется, нет. – Последняя пожала плечами. – Вы здесь, чтобы помочь нам.

– Так вы помните, что делали тем вечером?

Шеппард испуганно завертел головой.

– Не нравится мне это! – раздался в наушнике у Тейтума голос Дженсена.